Жаркий Август. Книга вторая

— Ай! — пропищала, вырываясь из его захвата, — больно же!

— Ничего, зато лезть не будешь! — снова усмехнулся этот предатель, распахивая дверь, — все, счастливо оставаться. Не убейте друг друга!

С этими словами взял и вышел из квартиры, с грохотом закрыв за собой дверь.

Да что вы дверями вечно хлопаете? Типа кто громче, тот и круче?

Бесит! Меня все бесит!!!

До сих пор не верю, что он просто взял и свалил, бессовестно бросив меня здесь.

Смотрела на выход, пытаясь хоть как-то успокоиться, взять себя в руки.

Невероятно! Просто невероятно! Как оказывается сложно, когда Лазарев по другую сторону баррикад! Просто словами не передать, в каком разобранном состоянии я была в тот момент.

И как выбраться из этой западни, скажите на милость? Как? Когда все объединились против меня!

И тут, словно молнией в мозгу пролетела мысль: мне нужно позвонить Славке! Точно! Почему я о нем забыла??? Пусть заберет меня из этого дурдома! Увезет туда, где тихо и спокойно.

Бросилась к сумочке, долго копалась в ее необъятных недрах, пытаясь найти нужную вещь.

— Если ищешь телефон, то он у меня, — раздалось за спиной.

От звука его голоса вздрогнула, чуть не уронив сумку на пол.

Проклятье! Опять он подошел бесшумно, как лесной кот. Совсем забыла об этой его особенности. Уперевшись руками на тумбочку, зажмурилась, низко опустив голову.

— Дай сюда! — протянула руку с раскрытой ладонью.

— Нет, — сама невозмутимость. Только в случае Тимура это все показное, вижу, как сверкают темные глаза.

— Отдай. Мне. Мой. Телефон, — проговариваю каждое слово отдельно, — сейчас же! Немедленно!

— Кому звонить собралась? В службу спасения? — подозрительно поинтересовался, не сводя с меня напряженного взгляда.

— Не твое дело, — сердито огрызнулась, и замерла, заметив край телефона, выглядывающий из его кармана.

И Тимур видел, что я увидела его. Стоял, привалившись плечом к углу, сложив руки на груди, и наблюдая за моей реакцией.

Вот он, на расстоянии вытянутой руки, но я не могла заставить себя подойти ближе даже на шаг, а уж сама мысль прикоснуться показалась чудовищной.