Жаркий Август. Книга вторая

Тимур наблюдал за Ником, понимая, что действительно все серьезно. Не тот человек Лазарев, чтобы раздувать из мухи слона. Что-то в его жизни действительно происходит.

— Так рассказал бы ей все, разложил по полочкам. Васька — девочка умная, она бы все поняла.

Лазарев совсем невесело усмехнулся:

— Скажи, что с тобой происходило, когда, еще будучи в рабстве, тебе хотелось поговорить о своей прошлой жизни?

Неприятные воспоминания. Такое, если и захочешь, то не забудешь:

— Рта открыть не мог. Все спазмами сводило.

Никита, поджав губы, молча смотрел на него. Ничего не произнося. Просто смотрел, не моргая, чуть подняв одну бровь.

Тим сначала не понял в чем дело, а потом будто кипятком окатили:

— У тебя блок на разговоры о переводе???

Снова молчание и прямой взгляд.

— Ни хрена себе, — присвистнул Тим, — это куда ж ты влез-то?

— В задницу. В самую ее раскудрявую сердцевину, — скупо улыбнулся парень.

— Почему не отказался?

— Думаешь, это возможно? Иногда управление делает такие предложения, от которых просто невозможно отказаться.

— Прижали или наобещали?

— И то, и то.

— Мда-а-а-а. Я думал, ты умнее.

— Не поверишь, я тоже, — нервно хохотнул Никита, и тут же снова стал серьезным, — в общем, Ваське не надо за мной. Ни при каких условиях. Поскольку напарник на новом месте мне действительно нужен, а показатели у нее высокие — есть шансы, что ее кандидатуру одобрят. Меня она не слушает, идет в обход…

— Думаешь, меня послушает… после всего, что было?

— Вполне.

— Ты переоцениваешь мою важность для нее.

Ник пожал плечами.

— В общем, делай что хочешь, но чтобы она не лезла за мной. Хочешь сам утащи в какую-нибудь берлогу, хочешь папашу своего подключи. Главное результат.

— Я попробую.

— Какое «попробую»? Решай этот вопрос. Как говорится, вот тебе мяч, и…

— А вот, если бы я не приехал.

— Приехал бы. Никуда не делся.

— С чего ты это взял? — Тимуру было интересно. Неужели Никита был настолько уверен, что он ради Васьки пошлет все к чертовой бабушке и сорвется с места? Хотя Ник, догадливый сученыш, еще на Ви Эйре понял, что к чему. Раньше, чем они сами.

— Как иначе, — Лазарев посмотрел на него искоса иронично, насмешливо.

— Например, мог послать тебя и все, — конечно же, не мог.