Заучка для дракона (СИ)

 — А ты спрашивала, адептка Литори?

Лорс поднял указательный палец и пафосно произнёс, растягивая слова:

— Одна из важнейших задач обучения в нашей Академии — научить адептов правильно задавать вопросы.

Он снова скрестил руки на груди и уже обычным тоном добавил:

— Вся сложность в науке задавать вопросы, это правильная формулировка. Большинство людей спрашивает не для того, чтобы получить знания. А для того чтобы подтвердить свою точку зрения.

Он смотрел на меня пристально, словно ожидая какой-то конкретной реакции.

— Не понимаешь, да? Ну вот смотри. Ты спрашиваешь: моя магия опасна? Я отвечаю: опасна. Потому что это действительно так. Ты получила знания? Нет. Но я подтвердил твою точку зрения. Продолжить?

— Не надо, — остановила его я. — Мне кажется, я поняла. Значит, моё решение было верным, — помолчала, обдумывая его слова. — Я хочу записать всё, что уже знаю про свою магию.

Я открыто посмотрела на него и слегка улыбнулась.

— И составить вопросы.

— О! Если хочешь, я могу помочь, — аж подпрыгнул на месте Лорс, — ты не представляешь, насколько мне любопытно!

67

Первым делом я всё же написала письмо тётушке. Сперва хотела зайти издалека и рассказать свои новости, чтобы мягко подойти к волнующему меня вопросу, но резко передумала.

Быстро, не думая, набросала несколько слов и сложила лист пополам. «Моя дорогая Даринетта, расскажи, кто мои родители. Твоя Клео», — было написано в письме.

Подняла голову и посмотрела на Лорса.

— Отправишь?

Тот усмехнулся. Не раскрывая свитка, сложил из него уже знакомую мне птичку. Подкинул в воздухе и дунул.

Свиток рассы́пался снопом искр. Маленький ветерок подхватил искорки и вылетел с ними за дверь.

— И всё? Ни адреса, ни имени не спросишь?

Лорс пожал плечами.

— Имя Даринетты Вейнворк всем известно, а адрес — магия сама найдёт. На то она и магия. Если только, — Лорс с интересом посмотрел на меня, — твоя тётушка не заблокировала получение почты.

— Надеюсь, что нет, — вздохнула и взяла в руки второй чистый свиток.

Расправила его на столе и занесла над бумагой перо.

«Танцоры стихий» — вывела на самом верху и снова тяжело вздохнула.

Следующая пара часов далась мне с превеликим трудом. Я записывала всё, что знала про свою таинственную магию. Вспоминала всё, что говорила Моника. Всё, что со мной происходило и, так или иначе, можно было отнести к проявлению этой древней магии.