Заставлю тебя полюбить

Она меня грохнуть хотела.

Отомстить хотела. Без объяснений. Трусливая девчонка! Очень сильная трусливая девчонка.

Я хотел получить правду сейчас, но зайдя в нужную палату, не обнаружил никого. Здесь было пусто. Я разъяренно хлопнул дверью и начал обходить каждую палату, распугивая пациенток и медперсонал.

— Мужчина, что вы делаете? Время позднее! — выскочила медсестра с поста. Уже не та, что вколола мне снотворное.

— Где моя жена? — рявкнул на нее, — Кристина. Она сейчас рожает двоих.

— Вообще роженицы находятся не здесь, а в другом блоке.

— Откуда я должен знать?

Я имя-то ее только сегодня узнал.

Медсестра моргнула пару раз, но убежала на пост, пообещав все выяснить.

— Давид! Басманов Давид, это вы?

Я вгляделся в темный, плохо освещенный коридор. Навстречу мне шла девушка — запыхавшаяся, испуганная. Не беременная. Значит, кто-то из персонала.

Ее взгляд упал на мой пояс, я держал оружие наготове. Плохо с Жасмин, я чувствовал это. Придется идти на крайности.

— Я хочу помочь. Меня зовут Маша.

Девушка подняла руки вверх и с позволения подошла ближе. Тусклый свет осветил ее лицо: плюс-минус ровесница Жас, чем-то даже похожи, но совсем разные.

— Вы ищите Кристину, которая Жасмин?

— Да.

— Она всегда о вас в новостях слушала. Я еще тогда поняла, что тот мужчина с телевизора — муж ее погибший. То есть вы.

Я скривился: прекрасная у моей девочки легенда обо мне.

С поста вернулась медсестра. Мол, не числится никакой Кристины в этом учреждении. Нет ее, и все.

— Ира, ты иди. Я сама отведу его, куда нужно. Никому не сообщай, Панина о нем знает. Поняла?

— Ладно, Маш, — облегченно вздохнула медсестра и проводила меня напряженным взглядом.

Маша оказалась не из робких — схватила меня за запястье и повела к лестнице.

— Я здесь акушеркой работаю. Я смену еще не закончила, как Панина вдруг отправила меня домой. Я пошла переодеваться и случайно услышала, что Кристинка уже рожает и что дела плохи. Вашу жену увели. Специально спрятали от вас.

Мы спускались на второй этаж. Я без стеснения вытащил оружие из-за пояса, сразу оба, и предупредил:

— Если ты с ними заодно, тебе будет плохо, Маша.

Девчонка сразу смекнула, что к чему, и кивнула, почти бегом спускаясь по лестнице. Я — за ней.

— Мы сблизились с вашей женой, пока она здесь лежала. Она о вас не говорила, но всегда грустила.

Грустила, твою мать. Сначала пустила мне пулю в сердце, потом забеременела и попыталась убить второй раз.