Заставлю тебя полюбить

Не то пожалеешь."

"Он выдохнул это мне в лицо вместе с едким дымом. Я поморщилась и отвернулась, максимально вжимаясь в стену. Еще немного, и он все узнает: я едва не плачу от сильных толчков.

И что-то еще происходило внутри, но от страха я не могла понять, что меня тревожило. Мне бы не родить сегодня, а остальное переживу. Правда? Но они так толкаются… Божечки.

— Ты искал меня и нашел, чтобы убить меня? — спрашиваю тихо как подытоживаю.

— Свидетели долго не живут.

Я кивнула.

Я лучше Давида знала, сколько они живут.

— Мы можем договориться, Давид. Я клянусь, что исчезну. Мне больше от тебя ничего не нужно.

Щелчок. Предохранитель снят.

Я поздно понимаю, что такие, как он, на клятвы не рассчитывают.

— Ты так ни хрена не поняла, Жасмин. Или Кристина? Как к тебе обращаться?

Давид раздражается: больше курит, чаще матерится. Поджимает губы.

Свет луны заливает спальню едва. Если бы Давид узнал о моем положении, конечно, он бы не причинил мне боль.

Моя беременность — мое спасение. Я не позволю этому зверю совершить ошибку.

— Что я должна была понять, Давид?

— Что ты была мне нужна.

Была.

Это ключевое слово.

Давид спускает с меня взгляд и смотрит на часы. Догадка озарила меня: он кого-то ждал.

— Скоро сюда заявится Доменик? Ты ждал, пока он выйдет на меня, чтобы убить нас обоих?

Я все поняла. За секунду поняла.

Я поймала блик в его глазах, а в блике этом — оттенок горечи и немного сожаления. Не о прошлом, — о будущем.

Давид пришел сюда, чтобы убить меня. Он считает, что мы с Домеником представляем для него опасность, и вот, наконец, он может от нас избавиться.

Давид протянул ко мне руку и почти ласково потрепал по щеке. Он любил так делать. В этот раз я положила руку поверх его ладони и навсегда поверила, что он жив.

— Мне жаль. Я бы мир к твоим ногам положил. Я бы все для тебя, Жас.

Я верила.

Он бы сделал все ради меня. Я так сильно ему нравилась, что Давид боготворил меня несмотря на все законы жестокого мира.

— Я бы бился за тебя до последнего и дышал бы ради тебя.

Давид горько улыбнулся.

— …если бы мне это было нужно, — закончила я за него.

Давид не отвечает. У него мало времени, скоро сюда явится Доменик — за мной. И по версии Давида я должна быть мертва, чтобы не мешать ему расправиться со следующим врагом.

Он отходит на шаг.

Давид, который бы все к моим ногам…

Который бился бы за меня до последнего…

Давид прицелился. Легко, профессионально — у него рука набита. Только в глазах горечь, которая дает мне пару секунд форы.