Кротовский, вы последний

Видимо, Белкина пришла к решению, что из своей жизни может меня пока полностью не вычеркивать. Теперь она снова со мной «дружит». Ох уж эти женщины… но чего еще ждать от восемнадцатилетней?

— Какие у нас планы? Вероника Кондратьевна говорила про лекции, — пытаюсь перевести Белкину в конструктивное русло.

— Сегодня будет только история Российской Империи, — Белкина ухватывается за возможность блеснуть осведомленностью, — Зато сразу две пары.

— Вот и прекрасно, пойдем слушать историю. История ничему не учит, зато наказывает за ее незнание.

— Пф-ф, Кротовский, откуда ты берешь такие сомнительные утверждения? — Белкина заулыбалась, мир полностью восстановлен.

Мы двинулись в учебное крыло вместе с остальными.

— А скажи, Белкина, только оракул умеет определять уровень и потенциал мага?

— Что ты, нет конечно. Любой опытный маг видит примерный уровень. А сильные маги и вовсе оракулу не уступают.

Упс, вот так обломчик.

— А зачем же тогда обращаются к оракулу?

— Оракул никогда не ошибается, — Белкина осекается, — Ну, кроме таких случаев, как твой.

А главное, он сообщает эти сведения всем присутствующим.

А, ну да. Когда мы с Белкиной прикасались к оракулу, все, кто был в кабинете, получали те же сведения… жаль, я надеялся, что отхватил если не уникальный дар, то хотя бы редкий. Но ничего. Главное есть дар, а дар можно развивать.

В учебном классе мне пришлось сесть рядом с Белкиной за первую парту. Кто бы сомневался, что самая прилежная ученица выберет иное место, кроме как под самым носом преподавателя.

Но садиться отдельно не рискнул. Белкина может обидеться… да чего там «может», наверняка бы обиделась.

Преподаватель истории вошел в класс и ждал минут пять, пока угомонится вся группа. Я и подзабыл, насколько мало бывает внутренней дисциплины в восемнадцатилетнем возрасте. Они больше интересуются друг другом, чем обретением знаний. Юноши привлекают внимание девушек, девушки строят глазки юношам. Шушукаются, переглядываются, записочки какие-то друг другу перекидывают…

Но это ладно. Успокоились как-то.

Но затем учитель начал читать лекцию, и я понял, что этого не выдержу. Потому что читает он под запись. А пишут эти великовозрастные неучи невыносимо медленно. Еще и переспрашивают по десять раз. Определенно, наличие магии людей умнее не делает. Хотя… тут надо делать скидку на эпоху. В начале двадцатого века учебный процесс не имел еще такой интенсивности.

И казалось бы, тема урока важная. Учитель рассказывал, как создавались наиболее влиятельные кланы.