Запечатанный во тьме. Том 1. Тысячи лет кача

Мгновение…

Второе…

Моё сердце бьётся словно бешеное. Словно вот-вот выскочит из груди.

Я попытался открыть глаза, но почувствовал забытое жжение. А потом оно сменилось обжигающей болью. Я зажмурился и в дополнение к этому ещё прикрыл глаза рукой, буквально уткнувшись лицом в свой локоть.

Свет был слишком ярким. Но несмотря на то, что я ничего не видел, я так же понимал, что больше не нахожусь в этой бесконечной тьме. Я освободился.

По моим волосам пробежал ветерок. Вдали я услышал щебетание птиц. А ещё… я понял, что позади меня снова собирается тьма.

Где-то далеко, внизу. Она снова принялась стремительно обволакивать всё, что там было."

"Проблеск света, который я создал при помощи своего идеального удара, продлился недолго. Но самое главное, что этого мне хватило.

А спустя некоторое время… я услышал человеческие голоса. Самые настоящие. Непривычные.

Не те, что были бездушными. Не те, что звучали в моей голове, словно шипение змей.

Настоящая людская речь.

И эти голоса мне показались отдалённо знакомыми.

— Что⁈ Выродок ничейный⁈ А ты здесь откуда⁈

Глава 6

Алина подбежала почти к самому обрыву. Дальше была лишь пропасть под названием Застывшая Бездна. И она поняла: это конец. Деваться некуда.

Она почувствовала, как холодный ветер с Застывшей Бездны обжигает её кожу, словно тысячи иголок впиваются в неё. Её сердце бешено колотилось, будто пыталось вырваться из груди.

Девушке показалось, что не прошло и десяти ударов сердца, а Гарт уже догнал её. Сын кузнеца выглядел словно разъярённый бык.

Алина с ужасом смотрела на него… на его искажённое злобой лицо, на его глаза, в которых не было ничего человеческого. Только животная ярость и жажда разрушения. И её руки дрожали, а в горле стоял ком, мешающий дышать.

Девушка отшатнулась, тут же споткнулась и упала на землю. А Гарт остановился. Тяжело дыша, он уставился на неё и довольно облизнулся. Спустя мгновение Гарт снова двинулся вперёд, и каждый его шаг отдавался в ушах Алины.

— Ну что, сука, добегалась? — Голос Гарта был низким, хриплым, словно скрип ржавых петель.

— Ты же понимаешь, что теперь тебе будет только хуже? Лучше бы ты сразу упала мне в ноги и принялась облизывать их. Быть может, тогда я бы сжалился и не стал уродовать твоё и без того блядское лицо!

Алина сжала кулаки, её ногти впились в ладони, оставляя глубокие следы. Она чувствовала, как слёзы подступают к глазам, но она изо всех сил старалась их сдержать. Девушка прекрасно понимала, что если заплачет, Гарт только обрадуется.