Замуж за врага. Проданная дракону

Тряпки полетели назад в чемодан, а на смену им Кара вытащила несколько других смётанных заготовок.

– Тогда будем работать по прежним меркам, – продолжила модистка, вновь изображая беззаботность.

Работа в этот раз шла быстрее, но все равно заняла несколько часов.

Долго стоять я все еще не могла, поэтому в перерывах между примерками присаживалась в кресло возле Сираты. Та замирала в моем присутствии и, казалось, даже дышать переставала. Я чувствовала, что нам стоит поговорить и обсудить все, но это можно было сделать только наедине.

Девушки-модистки шутили и смеялись, чтобы не скучать, иногда припоминая какие-то смешные моменты из своей работы.

– Как приятно шить, когда все ладно по фигурке ложится, – радовалась одна из швей.

– А помните, как та мэгесса требовала сшить ей платье на три размера меньше, потому что большие ее полнят! – подхватила другая.

Я поняла, что швеи не имеют понятия о такте и с радостью растрезвонят все секреты своих клиентов.

Интересно, кому они уже успели разболтать информацию о моей мнимой беременности? Возможно, уже половина империи в курсе, что жене маршала срочно необходимо сменить гардероб.

А Реджинальд даже не подумал, что женщины могут так расценить его желание.

Оставалось только улыбаться и отвечать односложно, не вступая в дискуссии, чтобы мои слова потом не разнесли по округе.

Девушки, не стесняясь, крутили меня и вертели, когда необходимо было примерить очередной наряд."

"И в один момент мою поясницу что-то кольнуло.

– Ой! – дернулась я.

– Простите, лира! – с ужасом воскликнула швея.

Бедняжка побледнела и дрожала, ожидая страшной кары. Кажется, она едва в обморок не упала.

– Что случилось?! – к нам в ту же секунду подлетела взволнованная Кара.

Оттолкнув нерасторопную девицу, она сама зашелестела юбками, чтобы аккуратно снять все с меня.

– Простите, лира Марейна! Девочки трудятся без передышки уже четвертый час, – почти молила она.

Мне было жаль девушек, да и к боли мне не привыкать: сколько раз гувернантки строго наказывали меня за провинности.

– Ничего страшного, это всего лишь булавка, – заверила я их.

– Все равно надо обработать, – настаивала модистка, задирая мою рубаху и приспуская панталоны. – Сейчас-сейчас! Такое нежное место. Ого! Тут еще и татуировка ваша. Виданное ли дело: девиц как коров клеймить!

Тут она замолчала, будто воды в рот набрала. Остальные швеи с любопытством пялились на мою татуировку.

Я медленно повернулась.

– Разве у вас не ставят таких знатным девушкам? – удивилась я.