Замуж за врага. Проданная дракону

Неужели у Реджинальда действительно кто-то есть, и она живет прямо под его чешуйчатым боком?

А я-то поверила в историю про скорбящего мужа! Наивная дурочка!

Чуть не топнула от злости, но вовремя сдержалась.

Интересно все же, кто она?"

"Талли? Если так, то почему она устроила представление в кабинете мужа после бала, если можно было спокойно прийти в дом и предаться страсти с комфортом? Захотелось разнообразия и перчинки?

Обида на Реджинальда смешалась со злостью и отвращением, которые я питала к разнузданной девице.

Руки чесались сделать что-нибудь гадкое. Порвать платье, испачкать простыни.

Я понимала, что злость моя бессмысленна, и от этого становилось еще горше. Что бы я ни сделала, драконица все равно выйдет победительницей.

Немного осмотревшись, я поняла, что все вокруг не соответствует характеру беспардонной Талли. Слишком все было каким-то нежным и воздушным. То ли она не прикладывала руку к обстановке в этой комнате, то ли… она была не ее.

Снедаемая любопытством, я сделала два осторожных шага вглубь комнаты. Постель была заправлена, но как будто бы очень давно. Натянутое шелковое покрывало местами провисло. Рядом с кроватью не было ничего, что обычно женщины ставят на тумбочку у изголовья. Ни мягких тапочек, ни кружки с чаем, ни любовного романа.

Видимо, хозяйка комнаты бывает здесь не так часто.

Я прошла дальше. На трюмо не было ни кремов, ни пудры. Лишь один только флакон с душистой водой, да расческа.

Больше ничего в комнате не говорило о личности хозяйки.

Мое внимание привлек глубокий стенной шкаф. Уж там-то должно было что-то быть!

Я пересекла комнату и потянула за круглые ручки. Дверцы шкафа распахнулись, и я увидела всего несколько довольно скромных платьев. Ничего вульгарного и вызывающего.

Одна вешалка сиротливо пустовала. Опустив взгляд вниз, я едва не вскрикнула.

Дрожащими руками я подняла ее, чтобы убедиться, что это была деталь того самого платья. Провела пальцами по нежной невесомой ткани, повернула к свету. Сомнений не было: это была деталь платья, что изорвал Реджинальд.

Рука дрогнула, и невесомая лента соскользнула вниз.

Горячие слезы навернулись на глаза. Я подавила судорожный вдох.

Понимание того, чья это комната, накатило словно горячей волной.