Замуж за врага. Проданная дракону

Воздух вокруг перестал быть таким вязким и тяжелым.

Наконец, пояс поддался. Я отшвырнула его в сторону и подняла голову.

Лицо было мокрым от слез, но я не спешила вытирать их. Зачем казаться лучше, чем я есть?

Реджинальд все еще не оборачивался. Он открыл ящик комода и на что-то там смотрел. Даже раздеваться не начал.

Я зло ухмыльнулась.

Наверное, он вспоминал, как он это делал в прошлом с любимой женщиной.

Пусть так! Пусть ему тоже будет больно!

Я сдернула последнюю ленту, порвав при этом платье.

Не страшно!

Оно мне больше ни к чему.

Платье соскользнуло к моим ногам. Я осталась в одном тонком белье и чулках. Праздничное платье не предполагало ни сорочки, ни лифа.

Фамильное ожерелье, что муж сам надел на мою шею, я трогать не решилась. Пусть снимает тоже сам.

Я перешагнула ворох тряпок и с вызовом посмотрела на Реджинальда.

– Я… готова, – мой голос внезапно охрип и прозвучал слишком жалко.

Супруг обернулся и вздрогнул, увидев мою неприкрытую грудь. Он скользнул горящим взглядом по моему почти полностью обнаженному телу и нервно сглотнул.

– Мне совсем раздеться? – уточнила я, стараясь забыть о девичьей скромности.

Реджинальд только скривился, словно от зубной боли.

Он лишь отрицательно мотнул головой и протянул ко мне руку.

– Посмотри, – произнес он, раскрывая ладонь.

Голос Реджинальда звучал сдавленно.

Я осторожно сделала шаг и взглянула на раскрытую ладонь.

Там лежала пуговица. Обычная пуговица, я такие видела сотни раз и любила трогать пальчиком, когда мне маленькой доводилось посидеть на коленях отца.

Я помнила каждый изгиб родового узора, что украшал все элементы отцовской формы. Не многим военным дозволялось носить собственный герб на военном обмундировании.

Отец имел такие привилегии.

– Ты узнала ее, не так ли? – холодно спросил Реджинальд.

Я кивнула. Отпираться не было смысла.

– Но как? Откуда? – спросила я.

Ответ был не важен, я уже понимала, что это и была та самая вещь, которую так отчаянно искал Драгант с подельниками.

– Это единственная улика, которую мне оставила Равена. Она оторвала пуговицу с одежды напавшего на нее, – сказал Реджинальд.

Мне хотелось коснуться отцовской пуговицы, но дракон сжал кулак, скрывая от меня ее.

– Повернись! – приказал он.

Отпираться не было смысла. Я медленно обернулась, демонстрируя ему свою оголенную спину.