Замуж с осложнениями

Видимо, я на волне вдохновения очень убедительно выгляжу, а может, боится тоже получить снотворного.

Алтонгирела уложили в его собственной каюте, и дверь автоматически закрылась. Пришлось обойти полкорабля в поисках Азамата, который единственный может открывать чужие двери. Вместе с ним захожу к духовнику."

"Не то чтобы я озабочена состоянием спящего, а просто очень интересно посмотреть на его каюту. Она до некоторой степени оправдывает ожидания: довольно неопрятная и с явным эзотерическим уклоном. На полу поверх стандартного ковролина плетеные коврики с письменами и какими-то мифическими тварями; у стены большой стеллаж, заставленный коробками.

Бумага меня особенно потрясла. У нас-то уже два века как все письменные принадлежности из пластика.

Кровать у Алтонгирела пошире, чем прочие, которые я видела тут на корабле. Вероятно, чтобы Эцаган помещался, хотя он только в плечах и имеет хоть какую-то ширину.

Азамат стоит у меня за спиной, пока я проверяю пульс у спящего. Потом достаю стетоскоп и принимаюсь вдумчиво выслушивать дыхание. Все это нужно только и исключительно для того, чтобы Азамат убедился, что я тут делом занимаюсь, и оставил меня одну.

Я нашариваю на тумбочке у кровати пульт от двери и тихонечко ее закрываю. Теперь без большой нужды меня никто не побеспокоит, а духовник дрыхнет без задних ног.

Итак, открываю шкаф. О да, жизнь прожита не зря, тут столько этнической одежды, что еле помещается. Могу себя поздравить, я знала, у кого поискать.

Произведя первичные раскопки, прихожу к выводу, что большая часть висящих тут изделий представляет собой подобие утепленного халата с прилагающимся в комплекте длиннющим шарфом, хотя это, наверное, пояс.

Далее обнаруживаются несколько пар мягких длинных кожаных сапог, висящих, как штаны, на «плечиках». Или, может, это чулки, не знаю.

Есть и штаны, они широкие и короткие, по моим прикидкам, должны заканчиваться под коленом. На концах штанины резко сужаются.