Замуж в наказание (СИ)

Наверное, заслуживаю всё, что со мной происходит…

Слышу шаги за спиной, как закрывается дверь. От необходимости смотреть мужу в глаза, что-то говорить и может даже улыбаться, передергивает.

Делаю несколько шагов вглубь холла. Слышу:

– Айлин…

Пугаюсь, как дурацкий заяц. Взмахиваю рукой и, не оглядываясь, громковато пресекаю:

– Я спать.

По ступенькам взлетаю быстро. Ускорившись сильнее, иду по коридору. Захожу в свою спальню и хлопаю дверью.

Не знаю, как смогу успокоиться. Просто не знаю.

Хочется смыть с себя кожу, запахи, оглохнуть, потому что до сих пор в голове вспышками слова родных и посторонних.

Одна из маминых подруг даже спросила, когда мы с Айдаром порадуем родителей внуками. В тот момент, мне кажется, сердце разлетелось на миллион осколков. Это страшные люди. Очень страшные…

Неужели я настолько никому из них не важна?

Хотя с чего тебе быть важной, Айка? Ты для всех – вещь. Что для родителей, что для мужа…

Мечусь по спальне тигрицей. Не могу ни разуться, ни даже присесть.

Наматываю круги, не сопротивляясь бесконечному потоку мыслей и эмоций.

Интересно, а как бы им понравилась правда? Что, если бы я весь вечер вела себя так, как хотелось мне? Отказала маме, делилась нюансами нашего брака? Рассказывала, как это больно быть преданной… И преданной… И преданной…

Бекир говорил, что мой муж очень много работает. Хвалил его. А мне хотелось спросить об одном: ты в курсе, как часто он трахает других? Считаешь это нормой? Мужчина – в своем праве? А баба наш, как думаешь…

Меня заносит настолько не туда, что по телу идет крупная дрожь…

Я не знаю, что делать с собой – вот такой.

Айдар уйдет спать, я разуюсь и спущусь вниз. У него там бар. Я что-то себе налью.

После шампанского было плохо. Но пусть плохо будет потом, а сейчас отпустит.

Кажется, что ловлю момент затишья. Даже выдохнуть собираюсь, но не сегодня. И не со мной.

В очередной раз дергаюсь, когда слышу стук в дверь. Раздражение накрывает волной.

Неужели не понятно, что трогать меня сейчас не стоит?

Я собираюсь крикнуть громкое: «нет! Нельзя!». Хочу хотя бы кому-то хотя бы что-то запретить. Но Айдар моего приглашения не ждет. Ручка опускается, муж шагает внутрь.

Я проезжаюсь взглядом по силуэту. Даже не разулся. Держит двери, смотрит в лицо. Хмурый. Недовольный, кажется. С чего вдруг?

Мое доводящее до исступления бешенство вдруг становится холодным. Расчетливым. Я не чувствую перед ним стеснения.