Замок на двоих. Королева неблагого двора

Но вот злость на стоящего ко мне спиной Филидэля осталась! Прямо вот концентрированная, яркая… замешанная на искре благодарности. И непонимания.

Я не дурочка, я понимаю, что если бы я поддалась нашептываниям Двора, то все могло закончиться крайне неприятно. Еще непонятно как, но однозначно неприятно.

Королева стала бы марионеткой.

И как долго прожила бы после этого?

– Куда ты меня затащил? – Я оглянулась и поняла, что мы стоим в центре лесной поляны. Солнце пробивалось сквозь кроны деревьев, а где-то в небе с отчетливым для моего нынешнего слуха гулом летел самолет.

Все было таким непривычным, что я даже еще раз огляделась. Человеческий мир… мой мир!

Тряхнув головой, я подобрала подол платья и, пробираясь через высокую траву, направилась к Летнему фейри. Если не прокляну, то вручную стукну! Очень уж хочется!

Впрочем, Благой на мое приближение никак не реагировал. По прежнему стоял и разглядывал свои руки. Какие-то странные руки…

– Филидэль! – рявкнула я, находясь уже в двух шагах от него.

И хорошо, что ближе не подошла, да…

Потому что он обернулся – и я с визгом отшатнулась и, запутавшись в юбках, рухнула на пятую точку."

"Глава 9

О том, что все не то, чем кажется. А гейсы так просто не нарушить

Надо сказать, что если бы Филидэль все еще планировал меня убивать, то сейчас бы это далось ему вот вообще без труда. А если бы он в таком виде показался мне возле того самого дерева, то я безо всяких усилий с его стороны отдала концы от сердечного приступа.

Но так как сейчас я бессмертная (и, видимо, стрессоустойчивая) фейри, то просто сидела, нервно икала и прихлебывала какое-то вино из любезно протянутой мне Благим фляжки.

Он вообще был очень тактичным.

Сел напротив, дал винишка и даже наполовину отвернулся, ожидая, когда я приду в себя для диалога.

Я тоже старалась как могла.

Любовалась на лютики, листья березок, что росли вокруг… в общем всячески напитывалась прекрасным. Потом косилась на Филика, но сердечко все равно ёкало.

Примерно после васильков мне окончательно полегчало, и я спросила:

– Это кто тебя так?

– Наследственность, – грустно ответил страшный до невообразимости Филидэль.

Я снова посмотрела на васильки. Потом на лютики, решив пойти сначала.

Вообще если пытаться анализировать, то он не так уж уродлив… ну, вернее, не настолько, чтобы я так реагировала. В волшебной стране есть гораздо более страхолюдные экземпляры.