Заложница красных драконов

И вот волна таких «иголочек» пронеслась по мне от того места, где мы ещё были слиты воедино, по всему телу, вплоть до волос на голове и пальцев ног. Пронеслась и схлынула, унеся с собой то малое удовольствие, которое я только-только начала получать от движений мужа, но, что странно, той небольшой боли, что доставляла мне та часть мужа, что была у меня внутри, тоже больше не было.

Король скатился вбок и тут же пригрёб меня к себе, обнял, покрыл лицо поцелуями.

— Прости, моя золотая девочка, я сделал тебе больно.

— Я почти и не заметила, — честно призналась.

— И что же она говорила?

— Что вы очень опытный и сможете доставить мне удовольствие в постели, ваше величество, — ответила, хотя щёки и загорелись.

— Ваше величество? — переспросил дракон. — Мы только что занимались любовью и лежим голые в объятиях друг друга. Тебе не кажется, что уже можно называть меня по имени?

Щёки обдало жаром, я осознала, что так оно и есть — мы лежим, тесно прижавшись грудь к груди и перепутавшись ногами, при этом абсолютно голые.

— Не нужно, не отстраняйся. — Он зарылся носом в мои волосы. — Я двенадцать лет женщину в объятиях не держал. Потому и закончилось всё так быстро.

Я не очень поняла, о чём он, но уточнять не стала, всё ещё переживала осознание того, что лежу голая в объятиях мужчины, которого ещё вчера даже не знала.

— Так что насчёт имени?

— Я не знаю, как вас зовут, — призналась шёпотом.

— Даже так? — судя по тому, как завибрировала грудь, к которой я прижималась щекой, король засмеялся, хотя и не вслух. — Во время произнесения клятв Риалор обращался ко мне по имени.

— Я… я прослушала, — пробормотала в эту самую грудь. Мне было очень стыдно.

— Меня зовут Эльрион, — приподняв моё лицо за подбородок, чтобы заглянуть в глаза, сказал король. — Назови меня по имени, Дарёна.

— Эльрион, — послушно повторила я.

— Моя золотая девочка! — он прижал меня крепче, хотя вроде бы куда крепче-то? Мы и так прижимались друг к другу всем телом.

И вот эта полная близость позволила мне почувствовать нечто твёрдое, что упёрлось мне в живот. А ведь только что там всё было мягко. Нет, я знала, что это такое, мне объясняли, что мужской орган становится большим и твёрдым перед соитием, а потом — снова мягким до следующего раза.