Закон Севера

Хотя, может быть, он не стрелял потому, что у него имелась некоторая информация, которой он жаждал со мной поделиться – в рамках ответной мести, конечно, а отнюдь не ради повышения уровня моей осведомленности о способах недельного выживания в ржавых настенных клетках.

– Ты будешь плохо умирать, хомо, – продолжал Драйв свистящим от ненависти шепотом. – Ты думаешь, что отомстил ворму? Как бы не так. У этого ворма два сердца. Он отлежался часок в гостинице, потом собрал трофеи, которые отнял у тебя, и ушел на север.

Он идет к себе домой с добычей, а ты будешь умирать, заживо разлагаясь на стене, долго и медленно…

– Да ну? – сказал я.

И выронил магазин.

Когда непрофессионал напряжен, а в картинке перед его глазами что-то меняется, он начинает истерить. А если у него в руках пистолет – стрелять…

Драйв нажал на спуск еще до того, как автоматный магазин ударился об пол. Но я уже падал, в полете успев перехватить автомат, щелкнуть предохранителем и передернуть затвор.

Мы выстрелили одновременно…

Страшный удар в живот перебил мне дыхание, и я почувствовал, как внутри меня что-то лопнуло.

И уже плевать мне было на то, что труп нейроманта повалился на кровать с дыркой во лбу. Сейчас меня больше интересовала собственная требуха. Если в ней засела пуля, то покойный нейромант был не так уж далек от истины, когда говорил, что я буду умирать плохо и долго.

Я глянул вниз…"

"Если я сейчас все-таки выберусь отсюда и решу написать очередную книгу, я, наверно, перед тем как плотно заняться текстом, буду долго размышлять на тему «что такое удача?».

Почему некоторых в первом же бою разрывает на куски шальной снаряд, а другие воюют в горячих точках годами – и живы. Вряд ли здесь дело только в выучке, профессионализме и тренированности организма. Я знавал немало профи, которые, задумавшись, срывали элементарную растяжку или наступали на еле-еле замаскированную мину. Человек не может быть постоянно напряженным и сосредоточенным, даже если его рефлексы отточены как лезвие боевого ножа. И если нет у него личной удачи, или она была, да вдруг кончилась, то и в лоб завзятого ветерана всех известных войн и локальных конфликтов запросто может прилететь пуля, выпущенная своим же «салабоном», случайно дернувшим за спуск автомата…

Похоже, моя личная удача пока еще была со мной.

Пуля нейроманта ударила в АПС, висящий на моем поясе. Кобура рванула ремень, тот не выдержал – и лопнул, подарив мне пару секунд очень неприятных ощущений и предположений.