Закон притяжения

Результат нашей ночной вылазки не заставил себя долго ждать.

Ранним утром в замок маркиза Фармазотти пожаловал живой, но покалеченный настоятель монастыря. Я в это время мирно спала, так как уснуть сподобилась только на рассвете. Так что требовательный стук в дверь вырвал меня из сладких сновидений, делая пробуждение неприятным, а настроение вредным.

– Алфея, откройте! – требовал из-за двери Вольф.

В полусне доползла до двери, открыла замок, грохнув стул на пол, и недовольно воззрилась на мужа.

– Это хорошо, что ты одета, – тихо прошептал супруг.

– Куда? – заартачилась я, не понимая, чего он от меня хочет.

– Там монах явился…

– ЧТО?! – мгновенно проснулась и ошарашенно уставилась на него. – Какого хло…

Вольф зажал мне ладонью рот и втолкнул обратно в комнату.

– Он просит маркиза отпустить тебя и признать невиновной! – Я выразила удивление глазами, так как говорить он мне пока не позволил. – Маркиз сказал, что ты сидишь в подвале, и велел тебя привести."

"– Мм, – высказалась, как могла.

Муж сокрушенно покачал головой, тяжко вздохнул, взял за руку и повел вон из комнаты.

– Обуться-то хоть дай! – дернула его назад. – Или я босая должна из темницы явиться? Может, еще раны страшные на ступнях нарисовать? Как думаешь?

– Обувайся, – разрешил муж. – Это ваших рук дело?

– Ты о чем? – подняла на него невинные глаза.

– О безобразиях, которые произошли ночью в монастыре! Фабиано голову разбили!

– Правда? – получилось очень злорадно.

– Как Гораций в монастырь попал? – Сверлил меня глазами муж, явно не одобряя нашей мести. – Он же хранитель, далеко от амулета уйти не может.

– Значит, может! – обиделась на его подозрительный тон. – А этот склад жировых отложений не только разбитой головы заслуживает!

– Я за тебя волновался, – опустил голову Вольф и направился из комнаты.

– Ты спал, – прошептала ему в спину. Он передернул плечами. – У-у-у, – попыталась убрать улыбку с лица, так как удаляющийся Вольф отставил в сторону правую руку с оттопыренным вверх большим пальцем, – конспиратор.

Монах, увидев меня, вздрогнул и побледнел. Моя суровая высокомерная физиономия с плотно сжатыми губами, похоже, вселила в него ужас. Я гордо прошествовала на середину зала и вперила взгляд в отца Фабиано. Точнее, на его перевязанную голову.