Зайка на шпильках и серый волк

Озорная парочка распахнула железную дверь и вывалилась на яркое солнце.

– Мам, ты идешь? – крикнул маленький гномик застывшей мне.

– Боже, зачем так громко? – я осмотрелась. – Иду, – вытянула шею и пропищала.

Один шаг, второй, кажется, земля не разверзлась, и из разломов не полезли демоны, о существовании которых рассказывала Женька, а с неба не повалились ведьмы, не справившиеся с управлением метлы… но из ближайшего автомобиля выскочил… громила:

– Ир-р-рина, – заурчал он с тоской в голосе.

– Етить тебя за ногу! – от испуга Ирэн выругалась в голос.

– Стой же, – мужчина протянул огромные лапищи. – Ну хоть поздоровайся со мной, – он стоял, словно пригвожденный к земле, а я заметалась, не зная, что делать. Возвращаться в подъезд или бежать к маме и Васе?

– Привет и пока, Кьёрн, – за меня ответила Ирэн и понеслась искать защиты. – Господи боже, – я шептала как заведенная одно и то же. – Это он что, тут все время меня выжидал? – бросила настороженный взгляд за спину, по инерции натыкаясь на застывшую с неприлично приоткрытым ртом родительницу.

– Доча, а что это за красавец смотрит с тоской нам вслед? – произнесла она с придыханием и обмахнулась ладонью. – Это он? Он? – теперь уже я тащила маму за руку, пока она чудесным образом не умудрилась свернуть себе шею, рассматривая громилу.

– Это я, – крикнул Кьёрн.

– Ира, как же я счастлива, – мама продолжала упираться, но я была сильней – в моей крови плескался адреналин.

– Мама! – я воскликнула и раскраснелась. Мне было стыдно перед собой, перед сыном, да и перед Кьёрном, честно говоря.

– А ты меня ещё упрекала тем, что я транжира, – мама больше не упиралась, но каждую секунду смотрела через плечо. – Ирочка, он там так и стоит.

– Угу, – я торопливо перебирала ногами.

– Ирочка, вы поругались, да?

– М-м-м, – промычала неопределенно.

– Ирочка, а как зовут это стокилограммовое бородатое счастье?

– Ма-а-ам!"

"– Я же не отстану, – мама бросила заключительный, самый продолжительный взгляд за спину, и мы свернули за дом.

– Кьёрн.

– Иностранец, – радостно протянула родительница. – А я сразу уловила акцент. Ир-р-рина, – изобразила манеру громилы растягивать моё имя. – А он уже предложил съехаться?

– Э-э-эм.

– Он финн? А где вы будете жить? У него большой дом? А брак первый? – мама фонтанировала вопросами.