Хозяйка гиблых земель

""Значит, тут несколько разных термальных источников"", – думаю я и решаю исследовать все. Ныряю, делаю несколько гребков. Чувствую, как прохлада струится по коже, и с наслаждением вырываюсь на воздух.

– Кайф! – заявляю сама себе, открываю глаза и…

Сурэл?! Голый?!

Стоит прямо передо мной по пояс в воде. С темных волос скрываются капли. Падают на широкие обнаженные плечи и стекают по очень даже рельефному телу, а ниже…

Понимаю, что смотрю не туда куда надо, но когда понимаю взгляд выше…

На лице Сурэла отражается целая гамма: удивление, замешательство, а затем – напряжение.

– Леди Хельм? – называет мое имя инспектор так, что, мне кажется, он хотел сейчас выругаться, а не обратиться.

На лице Сурэла так и написано трехэтажным что-то в духе: ""Какого гоблина вы здесь забыли?"", но инспектор выбирает более деликатные слова.

– Что вы тут делаете?

– Плаваю, как видите, – ошалев от его претензии, отвечаю я.

– Это мужская купальня, госпожа, – произносит Сурэл с дельным спокойствием, а из ушей чуть не пар валит. – Мужская. Купальня. А вы – леди. Женщина.

– А где табличка? – резонно спрашиваю я."

"– Таблички вешают на женские купальни. Мужские – по умолчанию.

– А… – только и могу сказать я, чувствуя, как краска заливает лицо.

Логично. Для местного патриархата, чтоб его! Даже купаться нельзя.

– Это у вас такие правила, а у нас в столице – нет, – решаю оправдаться, прежде чем уплыть, но инспектор резко поворачивается в сторону, будто что-то услышал.

Я вот не слышу ничего, кроме журчания искусственных водопадиков и грохота сердца, а Сурэл напрягается всем телом.

– Немедленно уплывайте, – говорит он, но поздно.

Дверь в купальню распахивается с таким грохотом, что вздрагиваю.

– Достопочтенный кузен, ну хватит нас наказывать. Честное слово, больше ни к кому в городе не пристанем… – ноет один из вошедших, но фраза обрывается на полуслове, стоит ему и его спутнику заметить, что ""кузен"" не один.

А я роняю челюсть. Ибо эти двое… Те лорды-хамы с улицы! Только теперь в их руках почему-то подносы с напитками.

Глава 19. Не мой день

Шатен в бежевом камзоле и белоснежный принц замирают на пороге, опешив не меньше меня.