Хозяйка гиблых земель

Он скорее всего заставил Янгу, а если нет…

– А даже если выбор был, то ты уже давно раскаялась в содеянном, – шепчу Янге.

Она вздрагивает и отмирает.

Медленно отстраняется от меня, чтобы посмотреть мне в глаза. Я не лгу, но она, кажется, не верит.

– Ты ведь поэтому хотела мне помочь? И по этой же причине осталась в Аффисе. Чтобы помогать тем, чем можешь, – говорю наставнице, а она слушает, затаив дыхание, и затем кивает.

– Выбора не было, девочка моя, но это не отменяет того, что я предала тебя и твою мать. Я должна была вас защищать, – шепчет она.

Не ищет жалости, не ищет прощения. Она сама себя не может простить.

– Все мы совершали ошибки, кто-то маленькие, кто-то страшные. Не знаю, какой ты была прежде, но женщина, которая меня приютила, вовсе не злодейка. Я это вижу, я это чувствую, – шепчу Янге, сжимая ее пальцы.

– Я до сих пор не могу замолить свой грех, – признается Янга, а затем последние замки на самых дальних ящиках ее души, вскрываются один за другим.

Янга говорит и говорит, я слушаю, впитывая, каждое ее слово.

– Крок был моим фамильяром. Но когда моей силы не стало, связь между нами лопнула3, лишив его испостаси, но он не ушел, несмотря на опасность. А она была, ведь Гирдану не нужны были свидетели. Он хотел от меня избавиться, и сделал бы это, если бы не внезапная смерть брата, главы клана. Отца Дарена Сурэла. Началась суматоха, и нам с Кроком удалось ускользнуть.

Она вернулась туда, где ее могли разоблачить, чтобы искупить свою вину. Помочь нам с матерью Янга уже не могла – Хельмы уехали, а матушка была быстро угасла. Видимо, из-за той магической вспышки.

Но оставались сами земли, оставались горожане, которые тоже пострадали.

– А потом появилась ты, – шепнула Янга. – Крок сразу тебя учуял. ""Сказал, чт сюда едет Хельм. Истинная Хельм, но я не поверила. Ведь вся твоя магия тогда ушла в земли, отдав тело чужой душе. Потому Крок хотел разобраться, остался с тобой. И… убедился. Ты – Элиза Хельм. И ты жива!

– Жива, Янга, жива. Те дни давно прошли. Раны прошлого затянулись, но в настоящем опасности не меньше.