Забыть нельзя вспомнить

Да и не хотел поднимать эту тему, боялся её ранить — всё-таки Минаева здорово подпортили им жизнь, а Яна такая мнительная, накрутила бы себя по полной, обиделась… Всё ждал подходящего момента, чтобы рассказать об этом невесёлом эпизоде в своей биграфии. Дождался. Теперь в итоге оказался трусом и предателем в её глазах.

Её маленький чемодан сиротливо стоял у стены, на полу в спешке сброшенный кружевной пеньюар…

Теперь она точно решит, что он намеренно скрывал правду всё это время, преследуя какие-то свои корыстные цели, наверняка даже слушать ничего не захочет.

И всё из-за Минаевой! Эта женщина отравила всю его жизнь и продолжает травить сейчас, и, конечно, не успокоится, даже когда они разведутся. Она словно вампир, не насытится, пока не выпьет все соки, до последней капли. Но и тогда ей будет мало.

Теперь она хочет привязать его ребёнком. Ещё чего! Этот этап они уже проходили когда-то, научен горьким опытом.

Никаких общих детей, только через его труп!

А с Яной он ещё поговорит, обязательно. Они встретятся, когда схлынут эмоции, и он всё ей объяснит, попросит прощения. Сейчас же нужно как можно скорее избавиться от балласта в виде бывшей жены. Окончательно вычеркнуть её из своей жизни.

Достал из кармана телефон и набрал нужный номер. Через четыре гудка в трубке раздалось сонное: «я слушаю».

— Пётр Германович, простите за столь поздний звонок, но дело не требует отлагательств.

— Я весь внимание, Ян Романович, — тон сразу же приобрел официальные ноты.

— Моя жена сейчас в России, нужно как можно скорее запустить бракоразводный процесс. Давайте встретимся утром и обсудим детали.

Часть 106. Яна

Яна

Нацепив маску примерной матери и жены, уныло помешивала остывший чай.

Голова раскалывалась — за целую ночь я ни на минуту не сомкнула глаз.

Сегодня должен был быть мой первый после отпуска рабочий день, но идти куда-то не было сил — позвонила Вере и взяла ещё один отгул.

Не хочу, ничего не хочу…

Надо же было быть такой дурой! Он женат, официально, и на ком — на этой противной девчонке Минаевой, которая превратилась в не менее противную женщину. Хотя, какая она Минаева — Набиева! Как она смотрела… надменный взгляд победительницы.