Забудь меня

Это что такое? Распахиваю глаза, смотрю на свою ладонь. Кровь. Черт! Вот дура! Совсем забыла про его рану. Кровь не остановилась до сих пор. Значит, там что-то серьезное. Арсений тут же почувствовал изменение моего настроя.

— Что такое, малыш? Я сделал больно? — мягко спрашивает он и целует в плечо.

— У тебя рана. Нужно посмотреть, — отвечаю я, пытаюсь повернуться, но он не отпускает. Делает еще один толчок пальцами. — Ах, прекрати!

— Уверена, — чувствую, как он улыбается. Еще один толчок. Боже, во мне борется желание получить разрядку и помочь этому ненормальному.

— Я тебе не дам, пока не посмотрю рану! — заявляю я и слышу тихий смех.

— Ничего себе заявочка, — шепчет он и вводит в меня второй палец. Задыхаюсь от удовольствия. — Не дашь?

— Нет, — выдыхаю я, а он продолжает толчки двумя пальцами. Доводит до безумия. — Арсений, пожалуйста…

— Что, пожалуйста, малыш? — спрашивает мне на ухо, наклоняется, прикусывает шею. Я начинаю мелко дрожать от подступающего оргазма. Не могу сдерживать стоны.

— Ты — невыносим, — шепчу я. Арсений только довольно улыбается. Хочу потянуться к своей одежде, но он не дает. — Что?

— Дам себя осмотреть, если на тебе будет только медицинский халатик, — говорит он.

Я вмиг краснею, но понимаю, что слово он сдержит. Иду к шкафчику, достаю из него халат. Демонстративно медленно снимаю с себя трусики. Арсений не отрывает от меня горящего взгляда. Надеваю халат, обуваю тапочки. Сразу же беру все необходимое для обработки раны. Жестом зову Арсения присесть на кушетку, сама становлюсь рядом, включаю лампу.

— А где твой кулон? — вдруг спрашивает Арсений. Я тут же хватаюсь за шею. Пусто. Слезы тут же подступают к глазам.

— Божечки, — шепчу я, глотая слезы.

— Малыш, ну чего ты? Я тебе такой же закажу. Хочешь? Лучше возьму. Любой выбирай!

— Нет, не нужен другой. Этот кулон мне мама передала перед смертью. Просила своей дочери потом вручить. Этот кулон и кольцо — мои единственные украшения, которые остались от нее. Все остальное продала. Это — память о ней.

— Подумай, где ты могла его потерять? Может, пока танцевала, он упал на пол? — спрашивает Арсений. — Я сейчас всех на хер выгоню.