Заберу тебя себе

Я встречусь сегодня с Назаром и точка. Мне не помешает ничего. Ни угрозы папочки, ни охрана, ни даже конец света.

Когда я спускаюсь вниз, мама встречает меня у лестницы и сопровождает к машине. Пока автомобиль не трогается с места, мы не произносим ни слова. Но, как только покидаем пределы территории особняка, мама приказывает водителю опустить заслонку, затем разворачивается ко мне и произносит тоном, не терпящим возражений:

— Рассказывай, Алина, во что ты вляпалась. Я слышала твой разговор с отцом.

Первый порыв — сделать вид, что я не поняла вопроса, и соврать.

Однако маме я доверяю и рассказываю ей почти всё. Почти. И сейчас я почему-то не хочу врать ей, хоть и знаю, что она поддерживает папу. Однако я верю, что мама поймёт меня, если я ей всё расскажу.

И я рассказываю. Про то, как пошла в клуб. Как встретила Назара. Как утонула в его бездонных чёрных глазах. Как он спас меня от пьяного урода. Как предложил уехать с ним. Как любил меня всю ночь напролёт. Как я по-глупому и бесповоротно в него влюбилась.

И как хочу его вновь увидеть."

"В мамином взгляде нет осуждения, разочарования или злости. Она смотрит на меня с улыбкой, словно по-настоящему за меня рада, и надежда внутри меня распускает крылья. Неужели…

— Ты правда влюбилась, Алиш? — ласково спрашивает мама, и я киваю.

— Ты не злишься?

— С чего мне злиться на тебя? Ты молода. Импульсивна. Красива. Кровь бурлит, гормоны играют. Молодость прекрасна.

Мама мечтательно вздыхает, откидывается на сиденье и прикрывает глаза.

Минуты идут, а мама так и сидит — улыбаясь и не говоря ни слова. Ну дела… Что вообще происходит? Может, напомнить ей о своём присутствии?

— Я помогу тебе, — неожиданно произносит она, чем вводит меня в замешательство.

— В смысле?

— Ну ты же хочешь увидеться с ним?

— Безумно.

— Значит, увидишься. Сегодня, — мама открывает глаза, вновь разворачивается ко мне и берёт меня за руки.

— Серьёзно, мам? Ты не шутишь?

— Какие уж там шутки, — нервно усмехается.

— А как же папа? Ты ведь поддерживаешь его решение.

— С ним я договорюсь. Беру это на себя.

— Но почему? Тебе же тоже от него достанется.

— Уж лучше мне, чем тебе, детка. К тому же я знаю, что, если я не помогу тебе, ты сама сбежишь и устроишь ещё больше проблем. А ты и так уже наворотила дел.

— Мааам, — в неверии протягиваю я, взор застилается пеленой слёз от благодарности.

В то время как мамины глаза пусть и полны беспокойства, но также по непонятной причине возбуждённо блестят.