Хождение под мухой

– Милиция, – рявкнула я и продемонстрировала ей свое рабочее удостоверение.

– Так бы сразу и говорили, – заворчала тетка, вытаскивая стопку исписанных бланков, – вот она, ваша телеграмма, глядите.

Я уставилась на серую бумажку. Да, она. «Извини, вынужден задержаться, приеду десятого марта. Богдан». Текст написан аккуратными, круглыми буковками, даже запятые расставлены, хотя, насколько я помню, вместо них следует употреблять сокращение «зпт», а может, путаю – давным-давно не отправляла никому телеграмм, да и зачем это делать, когда есть телефон?

Под текстом также очень четко и аккуратно стоял адрес: Москва, улица Ударников, дом восемь, квартира семь.

Я села на табуретку. Ну и ну. Я случайно знаю, где находится эта улица – возле ВДНХ, или ВВЦ по-новому. В год, когда я поступала в консерваторию, ездила туда почти каждый день. В большом кирпичном доме, номер которого за давностью лет выветрился из моей памяти, жил мой репетитор по русскому языку. Будущие студенты должны были писать на одном из вступительных экзаменов сочинение, и мамочка решила подготовить меня наилучшим образом.

– Долго еще читать будете? – поинтересовалась баба. – Закрывать пора.

Я глянула на часы. Без десяти восемь. Не может быть, я вышла из метро без пятнадцати шесть.

– Ваши часы спешат.

– Ага, – совершенно не смущаясь, ответила служащая, – есть немного, сейчас на самом деле четверть восьмого. Только народу нет никого, и не придут.

– Почему?

– Ночь на дворе, если кому надо – есть дежурное отделение, а тут только один дом пока, но уже новые строят, скоро обрастем клиентами, – словоохотливо заявила баба и стала собирать сумку.

Я вышла на улицу и вздрогнула. Темнота сгустилась, впереди лежал безлюдный пустырь. Нацепив поверх шапочки капюшон, я понеслась по обледенелым комьям и через пару минут оказалась перед угрожающе тихим кладбищем.