Хождение под мухой

Егор открытый, общительный человек, если что знает, обязательно расскажет. И потом, кто, как не заместитель Богдана, в курсе всех его финансовых дел?

Увидев меня, Правдин мгновенно вытащил из бара бутылку коньяка и крекеры.

– Что ты, – замахала я руками.

– Тогда кофе, – не сдался он и включил симпатичный белый агрегат, – с сахаром? Или бережешь фигуру?

Я улыбнулась:

– Нельзя потерять то, чего не имеешь.

– Дорогая, ты изумительно выглядишь, – заквохтал Правдин и, показывая на свой весьма объемистый живот, заявил: – Вот я совсем на сардельку стал похож, закабанел весь.

– Мужчина должен быть корпулентным, – вежливо ответила я.

Очевидно, посчитав на этом обмен любезностями законченным, мой собеседник вздохнул и поинтересовался:

– Что привело тебя в нашу скорбную обитель?

– Ты знаешь о том, что случилось с Надей?

Егор посерьезнел:

– Да, звонили из милиции, ужасно, конечно, только я чего-то подобного ждал.

– Почему?

Правдин вздохнул:

– Они так любили друг друга, просто попугайчики-неразлучники.

– Да, – вздохнула я, – что же теперь с клиникой будет!

– Ничего, – пожал Правдин плечами, – работать станем, как и раньше. Жаль, конечно, Богдана и Надюшу, только, думается, она все равно жить не смогла бы.

– Что же с вами теперь будет? – повторила я.

– С кем? – изумился Егорка.

– Я имею в виду клинику… Кто хозяином станет?

Правдин вздернул брови:

– Как работали, так и будем работать. С хозяевами, слава богу, ничего не случилось.

– Как это? – подскочила я. – Ну и чушь ты городишь. Богдан с Надюшей погибли…

– Клиника принадлежит троим, – спокойно пояснил Егор, – мне, Алику Ретвинскому и Сергею Бокову.

– Ничего не понимаю! Разве не Богдан с Надей владельцы?

Егор вздохнул:

– В конце декабря они продали ее нам.

– Почему?

– Богдан задумал новый проект, – объяснил Егор, – хотел построить больничный комплекс: поликлинику, больницу, реабилитационный санаторий. Предполагалось все разместить в Подмосковье. Вот они с Надей и решили продать это заведение, где мы сейчас сидим, и начать стройку. Дело, сама понимаешь, муторное.