За тобой

– А я гулял… ты же была…

– Господи! Да помоги ты мне! Ты огромный! – Повысила я голос, но услышала только смех. От злости и всё же, от обиды, которая так и не отпустила меня, сильно толкнула его спиной в дверь.

– Больно, – проскулил мужчина, едва не рухнув на пол.

– Не так, как мне, – фыркнула, хотя понимала, что не понимает он ничего в таком состоянии. И вряд ли мои слова возымеют хоть какое-то действие. Хотелось уйти, но не могла. Протиснув руку между его спиной и дверью, нажала на ручку, и мы буквально упали на пол.

Его кряхтение и мой визг слились в одно. Но сейчас мыслить даже не хотелось, только поскорее помочь ему и уложить в постель. В темноте было слишком сложно. Бросив Рикардо, продолжающего что-то говорить себе под нос, нашла выключатель на лампе возле кровати, и нажала на него."

"Пришлось тащить мужчину за руки в сторону ванной комнаты, отчего-то посчитала, что холодный душ его отрезвит. В секунду ситуация привела меня в весёлое настроение, ведь он причинил мне боль своими словами, а я таскаю его пьяную тушу и веду себя, как жена.

Неимоверных усилий стоило запихать его в душевую кабинку и включить воду. Но ему было хоть бы хны, он сидел и ловил ртом воду, от чего я уже в голос хохотала. Наверное, сошла с ума, но после слёз и полного отчаяния, мне было легко. На душе. Где-то внутри было интересно наблюдать за Рикардо, когда мы общими усилиями вытащили его мокрого из душа. И это не помогло, потому что его лицо побледнело, а затем приобрело оттенок зеленцы. С криком я толкнула его к унитазу и его рвало. Сильно, а мне стало так жаль его. И совсем не противно, как было с Софи. Её тоже рвало. В ту ночь очень сильно, что мне хотелось вызвать врача, но она умоляла этого не делать…

– Анна… – хриплый голос Рикардо вырвал меня из воспоминаний, и я моргнула.

– Всё хорошо. Сейчас воды принесу, – тихо отозвавшись, вскочила с пола и понеслась в гостиную к бару, где стояли бутылки воды. Схватив одну из них, прибежала обратно и приложила горлышко бутылки к его губам.

– Прости меня, – оторвавшись от воды, прохрипел он.

– Ничего, ты тоже прости меня, – улыбнувшись, забрала воду.

– Я должен… защитить тебя… Анна… должен, – его мутный взгляд бродил по моему лицу и эти слова, хоть и в пьяном бреду, но затронули вновь что-то внутри.

– Всё будет хорошо. Тебя не тошнит больше? – Не дав себе минутной слабости, спросила его.

– Тошнит, – кивнув, он снова склонился над унитазом. А я гладила его по волосам, ожидая, когда он очистит желудок.