За короля и отечество

Все это напоминало ему модный треп насчет чакры и перемещений бестелесного духа и мешало сосредоточиться на том, что ему действительно предстояло сделать.

— Не забывайте, — наставляла его д-р Бхаскар, — туда переместится только ваше сознание. Вы попадете в чей-то чужой мозг. Так это, во всяком случае, описал доктор Беккет. Структура его сознания вселилась в чужое тело, и он делил мозг с его обладателем на протяжении шестнадцати минут.

— Делил мозг? — нахмурился, насколько это позволяли ему присоски, Стирлинг.

 — Вы хотите сказать, он завладел разумом другого человека?

— Ну… не совсем. — Она замялась. — Теренс сказал, это напоминало сосуществование двух разумов. Владелец тела был почти до истерики напуган этим. Но, конечно, при перемещении доктора Беккета энергетические настройки были куда слабее.

— Слабее? Вы хотите сказать, МакИген настроила их так, чтобы вообще вытеснить разум хозяина тела?

Индрани прикусила губу.

— Не знаю, — призналась она. — Никто из нас не знает. Мы ведь никто еще не перемещались.

Мы всего-то одно короткое испытание провели, из которого просто преждевременно делать выводы. Но не исключено, что разум хозяина вытесняется при этом из мозга.

— То есть убивается, — хмуро поправил ее Стирлинг.

— Или, возможно, полностью подавляется. Или не подавляется. Возможно, результатом становится сочетание рассудков — ну, что-то вроде раздвоения личности, сопровождающееся борьбой за контроль над телом.

Хорошенькие перспективы… простонал про себя Стирлинг.

Угробить рассудок ни в чем не повинного типа… или свести бедолагу с ума, не давая ему владеть собственным же телом, — черт, не так, совсем не так представлял себе Стирлинг итог своей карьеры в С.А.С. Черт, черт, черт, да ведь одно его появление там может катастрофически изменить мир, стоит ему только вытеснить из своего мозга кого-нибудь, более-менее важного для истории!

— Скажите, нет ли какого-нибудь способа выбрать того, в чей мозг я попаду?

Индрани покачала головой.

— Боюсь, что нет. По нашим расчетам выходит, что ваш разум будет притянут к разуму того, кто наиболее близок вам по складу ума… однако доказательств этому у нас, конечно, пока нет. И еще: вам не так-то просто будет обнаружить там доктора МакИген или доктора Беннинга. Ни тот, ни другая не могут говорить или хотя бы действовать открыто из боязни выдать себя. Ни друг другу, ни коренным обитателям времени.

На мгновение Стирлинг крепко зажмурился.