За короля и отечество

Тут ограничения накладывали не столько требования безопасности, сколько ограниченные (относительно, конечно) компьютерная память, быстродействие процессора, объем потребляемой энергии. Даже правнук легендарного суперкомпьютера «Крей», невообразимо быстрая и мощная машина, используемая для скачков через время, не справляется с двумя направлениями во времени разом.

Единственное, чего она не знала, — это радоваться по этому поводу или тревожиться.

Постепенно месиво незнакомых слов у нее в голове начало складываться в какое-то подобие смысла — по крайней мере она начала немного разбирать язык.

Владелица тела, в котором она оказалась теперь, была напугана почти до паники — но только «почти». Бренна ощущала, как в сознание ее просачивается чужой, острый и живой ум. Правда, в уме этом преобладал сейчас некий религиозный — а может, суеверный — ужас, порожденный каким-то неизвестным пока Бренне недавним событием. Бренна попыталась расслабиться, отдаться этому потоку мыслей, эмоций — и постепенно ей удалось справиться и с собственными страхом и смятением. Тот, второй рассудок — точнее, рассудок, который они теперь делили на двоих, — заметил эту перемену. Возможно, это и помогло тому совладать с паникой.

Не сразу, но до Бренны дошло, что потоки образов, мыслей, воспоминаний передаются в обе стороны. В то время, как перед мысленным взглядом Бренны мелькали одна за другой незнакомые картины — высокая скала с крепостью из темного камня на вершине; лучи закатного солнца поверх настороженных ушей усталого коня; запах похлебки из оленины с кореньями, поднимающийся от огромного чугунного котла над очагом; неясный кошмар, наполненный кровью и криками умирающих людей, — разум владелицы тела начинал знакомиться с тем, что случилось с Бренной в двадцать первом веке в научной лаборатории у подножия Шотландских гор.

А вместе с этим и со сценами насилия Северной Ирландии. Бренна бы с радостью заложила свою бессмертную душу, только бы забыть это: ее сестра и племянник, распластанные на мостовой в неестественных, безжизненных позах; иссохшее после голодовки в тюрьме тело ее отца, опускаемое в могилу; окровавленные жертвы взрывов… жуткие следы террора, царящего на ее родине.

"

"К изрядному удивлению Бренны, рассудок, который она делила теперь с его законной хозяйкой, выказал меньше ужаса и отвращения, чем можно было бы ожидать. А спустя мгновение ей стало ясно почему: она увидела пылающие деревни, убитых женщин и детей; услышала лязг железа, людские крики и конское ржание.