За короля и отечество

 — Риона Дамгнейт, друидесса его совета. Килин, дочь Даллана мак Далриады и жена Медройта, короля Гэлуиддела согласно моему надлежащим образом заверенному указу. Он сделал принцессу Далриады королевой Гэлуиддела, связав два наших народа воедино. Прежде чем ты скажешь что-либо, — остановила она готового уже возразить ей Арториуса, — знай, что саксы учинили в ирландских землях на нашем острове неслыханное зверство и попытались возложить вину за это на бриттов.

Лайлокен…

Стирлинг невольно задумался о том, где могут находиться этот ублюдок и его невидимый гость.

Моргана тем временем описывала уже известную им с Арториусом историю про отравленные колодцы Дунадда.

— Далриаданские ирландцы, — добавила она, — равно как их родня в Белфасте, ищут союза с силой, способной сбросить саксонских свиней в море. Даллан мак Далриада испрашивает у тебя чести присоединить его войско — не такое уж и маленькое войско — к нашему, дабы раз и навсегда избавить оба наших острова от угрозы саксонского разбоя.

 — Она говорила это с такой настойчивостью и уверенностью во взоре и голосе, что побледневший Арториус так и не нашелся что сказать ей. — И уж во всяком случае, это по меньшей мере обезопасит наши северные границы и значительную часть западного побережья.

Долгую минуту Арториус сидел, молча глядя на нее. Потом совладал с собой настолько, что обрел дар речи.

— Я не могу доверять ирландцам, Моргана."

"— Братец, — мягко возразила она. — Они ведь и так уже дали нам самого ценного заложника из всех, что могли бы найти у себя: Килин, наследницу королевского рода клана Скотти, последнюю прямую наследницу по отцовской линии.

Больше недели мы с Медройтом находились в полной их власти — они могли убить нас и напасть на Гэлуиддел, на Айнис-Меноу, на Стрэтклайд… да что там — на любое королевство Британии по своему выбору, пока все наши армии отражают угрозу с юга. Однако вместо этого они решили искать союзника для борьбы с общим врагом.

Анцелотис со Стирлингом, которым не терпелось узнать побольше о новых союзниках Морганы, вглядывались в лицо ирландского короля.

Они увидели в нем гордость, силу, боль — но ни капли коварства. А Килин — Боже праведный, королева Гэлуиддела! — крепко держала Медройта за руку, и смотрел он на нее с такой нежностью, что все сомнения в душе Анцелотиса исчезли сами собой. Он повернулся к Арториусу.

— Подобный вопрос надо решать на совете королей и королев Британии, — негромко заметил он.