За короля и отечество

 — Он бросил свой меч, и тот с плеском упал в грязь. Уголок рта Куты дернулся раз, два, а пальцы, сжимавшие рукоять меча, побелели от напряжения. Отец с рычанием повернулся к нему. — Не будь глупее, чем был при рождении! Брось меч, ибо не твой он больше! Я забираю его обратно — меч, и палицу, и золотые кольца почета. Я лишаю тебя их пред ликом Вотана и всех его валькирий, ибо ты недостоин их и имени сакса.

Лицо Куты сделалось от потрясения пепельно-серым. Дрожа, привалился он к деревянной стене; меч выскользнул из его онемевших пальцев и упал в грязь рядом с отцовским.

Он оглушен, безмолвно предостерег Стирлинг Анцелотиса. Оглушен и сломлен. Однако стоит потрясению пройти, и он будет опаснее загнанной росомахи. Весь ненависть, он винит во всем кого угодно, только не себя. Присматривай хорошенько за этим ублюдком в будущем — если, конечно, короли Британии сохранят ему жизнь.

Если король Гододдина имеет право голоса по этому вопросу, буркнул в ответ Анцелотис, Куту надлежит повесить на ближайшем суку.

Остальные — Креода, его отец Седрик, оставшиеся в живых эольдормены и таны — тоже побросали оружие, сдаваясь.

— Свяжите им руки покрепче, — произнес Анцелотис вслух. — Да не так, за спиной. Тащите их в крепость. Нам еще нужно как следует допро… — Он осекся, ибо вдруг заметил какое-то движение далеко внизу, на юго-востоке.

"Далеко-далеко, за боевыми порядками Арториуса и его катафрактов, за обломками сгоревшего обоза, за бегущими в беспорядке остатками саксонской пехоты, равнина потемнела от живого ковра. От скачущей быстрым галопом конницы. Целой армии. Она неслась прямо к Кэр-Бадоникусу, и Анцелотис не имел ни малейшего представления о том, что это за армия. Следом за Анцелотисом и саксонские короли повернулись в ту сторону.

— Ваши подкрепления? — севшим от волнения голосом спросил Мелвас.

Король Эйлле в явном замешательстве покачал головой:

— Нет. Клянусь Вотаном, я бы не отказался сейчас от подкрепления, но это не мои. И не Седрика.

— Тогда чьи?.. — Анцелотис вдруг сообразил, кто это может быть. — Боже праведный! Отведите этих людей в крепость и как следует стерегите. Лучники, по коням, за мной!

Он пришпорил коня, послав его в галоп вниз по склону. Там, на равнине Солсбери, бегущая от Арториуса саксонская пехота заметалась.