За короля и отечество

А враг моего врага — вероятный друг. Особенно если это сильный друг. Нам нужно изыскать способ убедить врага, что саксы угрожают Эйре и Далриаде ничуть не меньше, чем Британии. Те, кто рассчитывает расширить свои границы, как правило, предпочитают получить чужой трон в результате брака, а не войны, угрожающей жизни их сыновей. А если и нет, их часто можно все-таки заставить поверить в преимущества такого брака, особенно если обе стороны могут содействовать безопасности друг друга.

— Неужели ты и правда надеешься убедить ирландцев помогать Британии, не опасаясь подвоха, как со стороны саксов?

— Я ведь не наемников себе в войско вербую, Медройт.

Я говорю о союзе с помощью брачного ложа.

— Но…

— Ты сможешь предложить далриаданской принцессе куда больше, чем тебе кажется.

Глаза его сделались еще шире.

— Ты дашь мне часть своей земли во владение?

— И не простую часть — если этот союз состоится. Один мой сын наследует Гододдин, другой — Айнис-Меноу. Что я сделаю с Гэлуидделом — мое личное дело.

Медройт поперхнулся.

— Гэлуиддел? Весь?

— Ну, большую часть.

Он плюхнулся на край кровати так, словно ноги отказались его держать.

— Ох, тетя, я… я даже не знаю, что и сказать!

Она прижала палец к его губам.

— Вот ничего и не говори, племянник. Я думаю, в таком щекотливом деле нет нужды напоминать тебе о скрытности.

Он мотнул головой, потом оживленно закивал.

— Ну да, конечно.

— Вот и хорошо. — Она чмокнула его в лоб. — Боюсь, Медройт, я уделяла тебе меньше времени, чем стоило бы.

В преступлениях Маргуазы нет твоей вины, но ты наверняка страдал от них, а я порой забывала напоминать тебе, что тебя все равно любят и почитают.

Глаза его наполнились слезами, и он поспешно отвернулся, только крепко сжал ее руку, не найдя слов для ответа.

— Тогда увидимся в королевском доме во время встречи с Кутой.

Ковианна Ним едва успела приоткрыть дверь своей темной комнаты, когда по коридору вихрем пронесся раскрасневшийся Медройт. Громко хлопнула дверь его комнаты.

Вид у него был, насколько она успела разглядеть, до крайности возбужденный и столь же несчастный. Снедаемая любопытством Ковианна шагнула было в коридор, но услышала шаги и едва успела юркнуть обратно в тень, когда появилась прямо-таки излучавшая ледяной гнев Моргана. Королева Гэлуиддела и Айнис-Меноу, сводная сестра куда более достойной женщины, смерть которой не обошлась без участия Морганы, отворила дверь комнаты Медройта и закрыла ее за собой.