За любовь отдам...Тебя!

– Прости, пожалуйста, даже не знаю, зачем продолжила бить. Не думала, что могу навредить, – попыталась снова извиниться перед пострадавшим парнем.

На этот раз засмеялся не только Рик, но и Гарольд.

– Сам виноват, не подумал, – сказал четверокурсник. – На сегодня, думаю, нам обоим хватит, а вот завтра – жду в то же самое время.

– Завтра не получится, – ответил за меня мой любимый.

С изумлением посмотрела на жениха. Почему не получится? Из-за того, что я не остановилась, когда увидела, что со щитом что-то не так?

– Вот послезавтра – обязательно, – добавил Гарольд.

– Я только за, – согласился с улыбкой Рик.

Четверокурсник отправился в сторону раздевалки, а мой жених обнял меня за талию и хотел поцеловать, но я отстранилась.

– Зачем ты рассказал про то, что у меня четыре стихии? Ты же обещал!

– Малыш, прости, но только так я мог заинтересовать Рика. Он один из лучших студентов Кайзера и серьезный претендент на победу в турнире.

– Если Беатрис…"

"– Парень никому не расскажет, так что твоя подруга точно не поймет, что она без.

– Потом, наверное, и неважно будет, – с грустью сказала я. – Кайзер нас обеих точно вышвырнет.

– Не переживай, придумаем что-нибудь, чтобы протащить твою соседку.

– Да я и сама вряд ли справлюсь. У меня совсем не получается…

Гарольд засмеялся в голос, после чего поцеловал меня в щеку.

– Защиту третьего уровня сломать с помощью только двух стихий практически невозможно, – сказал любимый то, что в принципе я и так знала.

В смысле сделала? Попыталась вспомнить, как выглядел щит Рика. Огонь и вода точно имели место быть, но кроме них… Парень добавил к защите воздух?

– Думаю, если оставшийся месяц до турнира ты с ним позанимаешься, отборочные пройдешь с закрытыми глазами, – добавил Гарольд.

– Кстати об этом. Почему ты сказал, что завтра я не смогу прийти?

– Директор согласился дать нам с тобой выходной и отпустить домой, – сообщил мой жених.

Глава 12: Договор

София Крейн

Если признаться честно, то я устала. Очень устала. Последние два месяца моей жизни напоминали какую-то бешеную гонку: подъем в шесть утра, тренировки, лекции и попытки выкроить хоть немного времени для встреч с Гарольдом.

Но совсем не физическая усталость меня пугала.