Вызов

Мы оба стоим на грани истерики у кассы, пока я оплачиваю неприличный купальник, спрятанный под одеждой. А потом мы оба сбегаем из магазина, как будто что-то украли, смеясь всю дорогу обратно до джипа. После жаркой истомы, которую я почувствовала в примерочной, это легкомыслие крайне необходимо. Легкомыслие – это хорошо. Желание – это плохо.

Да, желать Конора Эдвардса – очень-очень плохо.

Потому что он именно тот тип мужчины, который разобьет мне сердце. Даже если он этого не хочет.

16. Конор

Хантер стоит у бара и держит рюмку – видимо, собирается выступить с трогательной речью о жестком проигрыше в полуфинале вчерашним вечером и пожелать четверокурсникам всего хорошего, а остальным – победы в следующем году.

Когда Хантер заканчивает свою речь, мы все опустошаем рюмки и «шлифуем» выпитое пивом.

Фостер толкает меня в руку и что-то говорит, но я все равно ни слова ни слышу, поэтому показываю на свое ухо и качаю головой. Он наклоняется и кричит:

– Где твоя женщина?

Хороший вопрос. Когда мы с Тейлор вернулись в отель, я получил сообщение от Саммер, в котором она капсом спрашивала, почему ее не пригласили в поход по магазинам. Я напомнил ей, что они с Деми пропустили завтрак из-за каких-то своих дел, на что она заявила, будто я это нарочно подговорил всех не подпускать ее к торговым центрам, и больше она этого не допустит.

Я упоминал, что Саммер сумасшедшая?

В следующем сообщении Саммер требовала отдать Тейлор в ее фешенебельные руки, чтобы подготовиться к вечеру в клубе. Мне кажется, Тейлор испытывала вину за то, что девушки могли почувствовать себя брошенными, поэтому согласилась на эту девчачью затею и пообещала встретиться со мной позже. Не буду кривить душой: я боялся оставлять ее с этими телками.

Мы находимся в клубе уже час, и я начинаю задумываться, не пора ли собирать поисковый отряд.

Это место под завязку набито людьми. Пришли даже некоторые игроки Миннесоты и другая команда из Нью-Йорка.