Вызов

Некоторых из нас постоянно колотят дубинкой «соответствия стандартам», пока мы не начинаем любить боль или совсем не сдаемся. Я до сих пор не нашла выход из этой ловушки. Но нет ничего хуже, когда на другом конце дубинки находится твоя собственная семья. Что, по сути, делает Ребекку сильнейшим человеком из всех, кого я знаю, – и чертовски хорошей союзницей.

– Так что мы будем делать? – тихо говорит она.

Я закусываю губу.

– Выложить это видео могла только Каппа.

– Согласна.

– Я догадываюсь, кто именно.

Не помню, кто держал телефон.

Вопрос в том, у кого был доступ к видео. Я никогда не видела никакие записи с моей или любой другой недели вступления, кроме нарезки с лучшими моментами, которую всегда показывают на первом ужине после конфирмации. Логично, что человек, под контролем которого находится этот архив, – председательница.

И ее заместитель.

Внизу в гостиной мы с Ребеккой набрасываемся на Шарлотту.

– Нам надо поговорить, – сообщаю я ей.

Шарлотта сдвигает один наушник, раздраженно вскинув бровь и не отводя взгляд от экрана.

– Что?

– Нам надо поговорить, – повторяю я.

– Точно?

– Да, – настаивает Ребекка.

Шарлотта не отрывается от экрана ноутбука. В последнее время она полностью от всего абстрагировалась.

– Шарлотта, – недовольно зову я.

Закатывая глаза, она снимает наушники и закрывает ноутбук.

– Ладно. В чем дело?"

"– В этом. – Ребекка тычет своим айпадом в лицо Шарлотте и нажимает на кнопку воспроизведения видео.

Сначала Шарлотта со скучающим и озадаченным видом бросает на нас вопросительные взгляды. Потом я вижу, как до нее доходит. Она пролистывает вниз, чтобы прочесть комментарии. Пролистывает вверх, чтобы посмотреть на название сайта вверху страницы. Взгляд ее ошарашенных глаз переключается на нас.

– Кто это выложил? – спрашивает она с негодованием в голосе. Шарлотта Кэгни – сила, с которой нужно считаться, поэтому ее изначально и выбрали председательницей.