Вызов

Мы все отправились на Гавайи, и в наш последний вечер там Макс сфотографировал, как мы смотрим на закат. До этого я никогда не был за пределами Калифорнии. Не летал на самолете. Я был все время в дерьмовом настроении, потому что они вели себя как парочка, а мне было не с кем тусоваться, но тот вечер на пляже с мамой был моим лучшим воспоминанием с этой поездки.

– Я всегда тобой гордился, – хрипло говорит Макс, а у меня щиплет глаза. – Я всегда буду тобой гордиться, Конор. Я люблю тебя.

– Вот черт, – говорю я, откашливаясь – в горле предательски пересыхает.

Он смеется, пока мы оба тайком трем глаза и по-мужски издаем гортанные звуки, которые никак не связаны со слезами.

– Не знаю точно, что теперь сказать, – признаю я. – Хреново осознавать, что мы все это время так странно друг с другом себя вели. – Я не собираюсь набиваться ему в друзья или называть его папой, но последние несколько лет прошли бы куда легче, если бы этот разговор случился у нас раньше.

– Хоть это и звучит жалко, но я буду рад, если мы сможем начать все с начала, – говорит он. – Попробуем быть друзьями?

Бывают вещи и похуже.

– Почему бы и нет.

Я собираюсь предложить ему заказать какую-нибудь жратву, но потом вспоминаю, что у меня на переднем сиденье засыхает букет размером с большого ребенка и мне еще надо кое-что уладить, прежде чем заехать за Тейлор и отправиться на свидание.

– Как долго ты пробудешь в городе? – спрашиваю я.

– Планирую полететь обратно завтра утром.

– Ну, сегодня у моей девушки день рождения, и у нас с ее друзьями планы. Но, если ты не против остаться тут чуть подольше, может, мы поужинаем втроем завтра вечером? Я сказал маме, что моя девушка летом приедет ко мне в гости в Калифорнию.

Лицо Макса расплывается в широкой улыбке, которую он силится спрятать, кивая.

– Не проблема. Я могу поменять билет. Просто дай мне знать, где и когда. Я буду очень рад с ней познакомиться.

Я не могу не думать о том, что Тейлор сейчас бы мной гордилась.

37. Тейлор

Конор что-то задумал. В нем явно чувствуется какое-то озорство. Ничего такого он не говорил – я, скорее, чую атмосферу. Утром он написал мне: поздравил с днем рождения и велел одеться вечером нарядно. Что необычно, потому что в последнее время его больше волновало то, как меня раздеть. Потом он намекнул, что не сможет встретиться со мной после пар, потому что ему надо «кое-что уладить».