Вырастить зверя

И раз меня сюда притащили, значит, им что-то надо. Как узнаю, сразу сообщу».

Ответ питомицы уже не слышала. Связь прервалась, а от меня словно часть оторвали, стало пусто и неприятно. Неужели все из-за здешней защиты? Я осталась сидеть в кресле – все силы ушли на общение. Странно, до сих пор таких проблем у нас не было. И расстояние роли не играло. Почему же сейчас мне плохо?

Вопросы множились, а отвечать никто пока не потрудился. Уверена, или промолчат, или выдадут удобную ложь. Правду сказали бы сразу, а если промолчали, значит, есть что скрывать.

Дверь приоткрылась, вошла миловидная девушка с подносом. Сначала приняла ее за служанку, но потом увидела гордую осанку и величавую поступь, а еще знакомое выражение глаз – алры-леди даже смотрят по-другому. Неужели местная аристократка? И какая сила могла заставить ее подать кому-то обед?

– Спасибо большое, – поблагодарила, но девушка продолжала стоять.

Незнакомка улыбнулась и присела напротив, поднос с едой стоял на небольшом столике между нами. Показалось, что еды на нем слишком много для одного человека. У меня возникли смутные сомнения, для кого приготовлено столько блюд, но сначала решила послушать свою гостью.

– У нас принято приглашать разделить трапезу при знакомстве, если вы этого хотите, а если не желаете знаться, просто взмахом руки отправляете визитера прочь. Тогда к вам больше никто не подойдет, пока вы сами не выразите такого желания. Сами мы не имеем права навязывать себя гостям.

– А они у вас часто бывают? – поинтересовалась, искоса поглядывая на сочный кусок мяса – он в данный момент манил больше, чем разговоры с незнакомкой.

– Да, часто. Хотя мы и закрытая раса, но поддерживаем отношения со многими народами – гномами, оборотнями, дриадами, водными жителями. У каждого из них имеется то, что нужно нам для процветания и благополучия, – охотно мне пояснили.

Кто бы сомневался. Раз крылатым нужно, значит, можно поддерживать отношения. Что-то мне подсказывает, чужие мнения их мало волнуют. Знают, что отказать им практически невозможно, если только кто-то не желает стать самоубийцей.