Вырастить зверя

Когда мы появились возле палаты некроманта, там уже собралась толпа лекарей. Все чего-то ждали. Протиснувшись внутрь, мы застыли, глядя на белого как снег парня, лежащего на кровати. Он похудел и осунулся, щеки впали. М-да, в гроб и то краше кладут. Заметив Ройса, осторожно поинтересовались, приблизившись:

– Он выпил?

– Да. Слава богам, выворачивать его перестало, аура понемногу восстанавливается, а то рвалась прямо на глазах.

– Сильно сопротивлялся? – уточнила я.

– Нет, всего-то стоило сказать, что это поможет, если он желает облегчить свою участь.

Что ж, одной проблемой меньше. Теперь Савр, сколько бы плохого он ни сделал, пойдет на поправку. Смерти мы ему не желали, даже жаль его было. Страшно представить, как его сейчас ломает, врагу не пожелаешь.

Глаза некроманта резко распахнулись. Казалось, он не понимал, где находится, настолько безумным был взгляд. Заметив нас, заметно расслабился и попытался улыбнуться. Вышел скорее оскал.

– Галина? А что я здесь делаю? – едва слышно прохрипел болезный.

– Что последнее ты помнишь? – ответила подруга вопросом на вопрос.

Савр нахмурился, на мгновение прикрыл глаза, досадливо скривился.

– Я собирался в академию, мы с друзьями решили отметить отъезд. К нам подсела девица, страшная как смерть, стала клеиться ко мне, я ее отшил. Потом мы выпили еще по одной и… все, полный провал.

– То есть прошедшие четыре месяца ты совсем не помнишь? – осторожно уточнил Ксьер.

На Савра было больно смотреть. Его перекосило так, будто прямо сейчас отправится за Грань.

– Четыре месяца?.. – выдохнул он. – Это шутка такая? Тогда не смешно, – с отчаянием выдал парень.

Посмотрел на наши лица. До него вдруг дошло, что это не шутка, глаза стали как блюдца. Он провел рукой по лицу, по волосам, глянул в окно – там валил стеной мокрый снег. Перевел взгляд на нас.

– Но как? Что случилось? – прозвучало с надрывом.

Я с намеком посмотрела на лекаря, как бы спрашивая, можно ли обо всем рассказать. Целитель приблизился к Савру, простер над ним руки, из ладоней полился золотой свет, словно в кокон закутывая больного.