Выбор варианта (СИ)

Он был мне совершенно неизвестен. Хотя угадывалось нечто, напоминающее арабскую вязь, но я совершенно не была уверена, что это она и есть. Так что наш разговор пока не внес никакого прояснения в смысл появления Странниц.

— Ну, рава Лейна, неужели ты не задумывалась, зачем вы появляетесь здесь? И сколько вас всего?

— Светлый цезус, да я совсем недавно узнала, что были Странницы и до меня! Из сказок ваших узнала, специально приглашала женщину… А задумываться мне еще и некогда было.

Тут я, конечно, слегка лукавила.

— А зачем сказочниц? Как заподозрила-то?

— Так лацита тиргус про первую жену свою рассказал. Назвал ее Милдой из Мерики. В моем мире есть страна — Америка. Хотя, конечно, я ни в чем не уверенна была, но подумала, вдруг я не одна такая? Ну, а где можно еще было хоть что-то узнать? Только из сказок и легенд. У вас в стране даже библиотек нет.

— Биб-ли-о-тек?

— Да, в моем мире так называют место, где хранятся книги.

— Есть у меня в замке такая комната. Архив. Там все рукописи хранятся…

— Светлый цезус, в моем мире книги очень давно не пишут от руки. Их печатают. Не на пергаменте, а на бумаге…

Еще некоторое время наш разговор бессистемно перескакивал с одного на другое, наконец цезус сдался.

— Иди отдыхать, рава Лейна. У нас еще будет время обсудить все это. Признаться, я с детства слышал рассказы о Странницах, но никогда не думал, что увижу в живую.

— Светлый цезус, а книгу…

— Да, конечно… Завтра пришлю человека, тебе прочитают.

— А можно сегодня?! Пожалуйста! Хотя бы часть…

Цезус засмеялся:

— Сколь удивительно замечать в женщине такую тягу к знаниям!

— Светлый цезус, а вот этим ваш мир сильно отличается от моего.

— Чем?

— У нас женщины учатся наравне с мужчинами. Точнее, девочки учатся вместе с мальчиками.

— Ступай, рава. Я отправлю сейчас к тебе чтеца и охрану для книги. И приглашу тебя днем на беседу."

"Сопровождали меня в покои целой делегацией. Для чтения дневника цезус выделил мне одного из своих людей, тиргуса Левенца. Не старый, сухощавый мужчина лет тридцати-тридцати пяти. И что-то странное было в его лице, чем-то оно неуловимо напоминало цезуса Дейца.