Выбирай сердцем

Полчетвёртого утра температура у Матвея упала до тридцати семи. Теперь можно было расслабиться. Я напоследок напоила его шиповником с мёдом, перетащила из зала в его комнату кресло и, кое-как устроившись в нём, забылась беспокойным сном.

Глава 26

Право на третий вопрос

Я думала, что из-за волнения буду спать чутко. По факту, судя по глубокому провалу, в который я рухнула, силы свои я переоценила и вряд ли бы проснулась от шороха или шёпота. Из лап Морфея меня смогла выцепить только дикая боль во всём теле из-за неудобной позы.

Я заворочалась под тонким пледом, стараясь перевернуться на спину. «Выпрямляем левую ногу, носок максимально натянут; теперь правую руку, кисть в позиции алёнже[10], вторая нога…» Услышав хриплый вскрик со стороны кровати: «Что за чёрт?!», я скинула с себя плед, резко села и повернулась на голос Матвея:

– Доброе утро. Как самочувствие?

Тот смотрел на меня во все глаза сначала испуганно и напряжённо, постепенно расслабился и откинулся на подушку:

– Керн, твою ж дивизию! Я думал, у меня глюки из-за температуры – нападение человекообразных пауков-гигантов.

А это ты в кресле барахтаешься, конечности свои вытягиваешь.

– У тебя снова температура? – Это единственное, что мой мозг уловил в услышанном.

…Мне хватило двух шагов, чтобы оказаться возле кровати Матвея. Я положила свою руку ему на лоб:

– Даже если температура и есть, то незначительная, – констатировала я.

И только теперь я заметила, как Матвей смотрел на меня.

Видимо, его очень удивили мои спокойствие и отрешённость. Попутно я вспомнила, что на мне из одежды только футболка, причём его, Матвея. Пришлось вернуться к креслу и обернуться пледом на манер сари. Я чувствовала свербящий пристальный взгляд между своих лопаток, но продолжала двигаться как можно спокойнее.

– Ты можешь мне объяснить, что здесь происходит? – не выдержал Матвей. – Почему ты без штанов спишь в моей комнате в кресле? – На секунду завис, заглянул под своё одеяло, и мне прилетел новый вопрос: – Почему я без штанов?

– Если не вдаваться в подробности, я тебя лечила, чтобы ты мог дожить до приезда своей мамы.

Закончим пока с вопросами, – решительно обрубила я, видя его попытку продолжить допрос. – Мне нужно заняться завтраком. А ты полежи ещё.

Дверь в комнату Жеглова закрылась за моей спиной. Странно, но сейчас я не чувствовала замешательства и не млела от его пристальных взглядов.