История Ирэн 3. Принятие

Узнав, что Давид принёс клятву рода, что означало, что весь род теперь был верен Ирэн, и, узнав, что благодаря Ирэн их наследник выжил, они решили поехать, навестить «девочку»."

"В разговоре стало понятно, что это не весь клан приехал, а то даже дома наместника бы не хватило, чтобы всех разместить, но и те, что приехали, а это было человек пятнадцать, относились к правящему княжескому роду, и их приезд навёл переполох.

Ирине даже стало жалко Прасковью Валуевну, которой только приехавшей с бала, пришлось проявлять гостеприимство.

Хорошо ещё, что Дадиани приехали со своими слугами, и достаточно быстро разместились и даже сами приготовили еду, не став будить повара семейства Гайко.

В ночи послали за Давидом, который приехал не один, а с Якобом Морозовым и Шейх Али-Мирзой. В результате чего все разошлись только под утро.

Обнимая внука, перед тем как отпустить его с друзьями, бабушка Дадиани, отвела его в сторону и спросила:

— Дидо, скажи бабушке, ты же не влюблён в Ирэн?

— Нет, бабико, — отвечал Давид, мечтательно прикрывая глаза, — я влюблён в совсем другую девушку, она похожа на фею.

Тон у бабушки изменился, став более сухим:

— Давид, ты же помнишь, что должен жениться на Терезе

Юный Дадиани, вырвавшись из бабушкиных объятий, и тоже перестав быть похожим на расслабленного котёнка, играющего рядом с бабушкиными коленями, сказал:

— Я не женюсь на той, кого не люблю

— Но Давид, тогда отец лишит тебя наследства и титул наследника перейдет к твоему младшему брату

— Ну и пусть, мне не нужен титул без неё

— А как её зовут?

И здесь, князь Дадиани застыл столбом, потому что понял, что сам-то он представился, а вот как зовут девушку, спросить забыл.

— Я-я не знаю… но я найду её

Бабушка только покачала головой, думая про себя, — как он всё-таки похож на своего отца, тот вот тоже не стал женится на той, кого ему подобрали. Но всё будет зависеть от того, кто та «фея», в которую влюбился её внук.

Глава 31.

Утро в доме наместника началось шумно, причём началось с кухни.

Возле его священного места, возле большой плиты, которую специально по его заказу устанавливали броттские мастера, стоял толстый и носатый мужик, в чёрном… вы только задумайтесь, в чёрном халате и с платком на голове.