Вторая жизнь Элизабет

И кто знает, к чему в этот раз может привести скандал.

Так что граф со спокойной душой готов был взять на себя ответственность. Если герцог внезапно узнает о слежке, то Аэлмар может отговориться проводимой им проверкой.

Аристократия, конечно, будет недовольна, но ничего, кроме легкого возмущения и новых слухов о своей персоне, ждать ему не следует. Люди давно уже привыкли, насколько жестко он подступает порой к своей работе и как серьезно к ней относится.

Удивительно даже. Ему прощают то, чего не могут простить королю.

Вскоре у Ридесара Сайма появилось постоянное сопровождение. Сотрудники, которых привлек к работе Берч, работали крайне профессионально и исправно поставляли все новые и новые сведения о деятельности герцога.

Иной раз граф только и мог, что удивляться. Просто некоторые разговоры, как ему казалось, вряд ли велись прилюдно. И все равно мужчинам каким-то образом удавалось подобраться максимально близко и записать все на артефакт."

"Спустя время ему с Берчем стало ясно, что герцог действительно решил поправить свое шаткое положение с помощью женитьбы.

Нет, конечно, он не угрожал и не говорил прямо, просто немного порассуждал вслух. Человек, слушающий его, покивал, согласился, а потом отправился нести эти рассуждения дальше в массы.

Так что ничего удивительного не было в том, что герцога везде ждал отказ. С каждым днем Сайм отчаивался на все более и более рискованные поступки.

Благодаря этой его издерганности и неосторожности, им удалось узнать еще несколько каналов, которые ранее не были известны. Понятно, что сразу перекрывать их они не стали. И правильно сделали.

Вскоре на связь с герцогом вышел один весьма примечательный человек. За ним давно уже присматривали, но не трогали.

Если в мире существует больше одного государства, то шпионаж неизбежен. Это вполне нормальная практика. Все за всеми наблюдают и стараются вызнать секреты соседей, которые в будущем, вполне возможно, могут стать противниками.

За всеми наблюдателями – именно так в управлении называли людей соседних стран – присматривали. Никто не торопился хватать их и сажать в тюрьму. Зачем? Одного схватишь, на его место пришлют другого. И снова ищи его, вычисляй. А так наблюдатель известен, на учет поставлен.

Всех, с кем встречались такие люди, тщательным образом записывали, а потом проверяли.