Вторая жизнь архимага

Внимательно оглядел меня с ног до головы, словно ища следы увечий, хитро хмыкнул и присел напротив.

– Так! – громко произнес он и потер руки. – Для начала по пятьдесят грамм, потом шашлычка покушаем, ну а затем ты мне всё расскажешь. Ведь расскажешь?

– Расскажу, – вздохнул я. – Вот только пить мне не стоит.

– Это ещё почему? – удивился Короб.

– Дурак я пьяный, – честно признался я."

"– Да ты и трезвый не особо умный, – шутливо улыбнулся дядя Серёжа. – А если боишься чего начудить, то не стоит. Тут кроме меня да Семёна километров на десять ни одной живой души.

– А где мы вообще? – поинтересовался я.

– В деревне старой. Заброшенной. Представляешь – дома стоят, есть даже вполне пригожие, по старым меркам конечно, а никто не живет. Я как-то раз на неё случайно наткнулся. Осмотрелся, да и решил, что выходные здесь проводить намного лучше, чем на любых курортах.

– Это чем же?

– Людей тут нет, Володька, – совершенно серьезно заявил Короб.

– А может, ты, дядь Серёж, просто старый стал? – улыбнулся я. – Вот и хочется тебе тишины да спокойствия.

– Может, и стал, – легко согласился Короб, ничуть не обидевшись. – Да только тишина да спокойствие, как ты выразился, они любому человеку требуются.

Он замолчал и с сосредоточенным выражением на лице наполнил две небольшие рюмки водкой.

– Давай, Володька, – поднял он свою, – выпьем за встречу, да закусим, чем бог послал.

Я с сомнением посмотрел на водку, а потом мысленно махнул рукой.

Закуска была довольно простой: миска с маленькими маринованными огурчиками, миска с маринованными же грибочками, нарезанное тонкими ломтиками соленое сало, хлеб да простейший салат из помидоров с луком.

Разлили по второй, снова плотно закусили, не отвлекаясь на разговоры, и, лишь наливая мне водку в третий раз, дядя Серёжа коротко произнес:

– Рассказывай.