Вторая жизнь архимага

И хоть мне это было не по душе, но понять девушку я мог. Она явно надеялась таким образом отвадить навязанного отцом ухажера. Но жених!

– Жених? – Борис Сергеевич недобро прищурился. – Так сразу?

– А чего тянуть, пап? – пожала плечами девушка. – Время сейчас такое, что если девушка сама быстро мужа не найдет, то родители сделают это за неё. Средневековье какое-то, честное слово!

– Никто тебя замуж против твоей воли выдавать не собирался. Не придумывай, – процедил Копелев, даже не сделав попытки скрыть своё недовольство.

– Ну, конечно! – закатила глаза Оксана. – А что тогда…

– Кхм, кхм… – покашлял я, привлекая внимание отца и дочери. – Я вас покину. Ненадолго. Прошу прощения.

И, не дожидаясь возражений, быстро зашагал к ближайшему шатру с закусками. Но по пути резко затормозил, перехватил пробегавшего мимо официанта и цапнул у него с подноса бокал с коньяком.

– Жених, мать вашу! – ругнулся я и опрокинул в себя содержимое бокала.

Коньяк легко проскользнул в желудок и разлился по телу приятным теплом, оставив во рту давно забытое послевкусие.

Недолго думая, я поманил к себе другого официанта и сграбастал ещё один бокальчик. Но выпить не успел, так как наткнулся на направленный на меня взгляд, полный ненависти.

Головин! Он стоял у столика с закусками, держа в руках небольшую тарелку.

Секунд десять мы с ним играли в гляделки, а затем отец погибшего Дэна медленно поставил тарелку на стол и сделал два шага по направлению ко мне. Но неожиданно на пути Головина словно из-под земли вырос крепкий широкоплечий мужчина с седым ёжиком волос на голове и что-то ему тихо сказал. Затем развернулся и, улыбаясь, подошел ко мне. А Головин, бросив на меня еще один ненавидящий взгляд, вернулся к столу.

– Ну здравствуй, пропажа! – радостно поприветствовал меня Короб. – Отдыхаешь?

– Да если бы, дядь Серёж! – со вздохом произнес я и залпом осушил бокал. – А ты тут какими судьбами?

– Да так, мимо проходил, – хохотнул он. – А ты чего, не рад?

– Рад, дядь Серёж. Вот честно – очень рад.

– Это хорошо, – по-доброму улыбнулся Короб. Но тут же нахмурился и строго добавил: – А вот что пьешь – плохо. Да еще и без закуски.