Второгодка. Книга 1. Старая школа рулит

— Сергей, — услышал я позади себя, в момент, когда брал с подноса стакан с минералкой. — Не ожидала тебя здесь увидеть.

Я обернулся и в сердце вонзилась игла. Я почувствовал беспокойство и в голове возникло имя. Просто имя, без каких-то связей и картинок из памяти. Ангелина. Анжела. В её облике действительно было что-то такое… ангельское и… чистое. Как на картинах Боттичелли. Тонкая, светлая, как его Венера. Скромная улыбка, миндалевидные глаза… Меня будто молнией пронзило.

— Привет, — внешне спокойно кивнул я, пытаясь не показать, охватившего меня, странного и необъяснимого смятения.

Её улыбка стала шире.

— Ты тоже, — мягко сказала она. — Такой стильный… олдскульный…

— Ага, — кивнул я. — Старая школа рулит.

Она хихикнула.

— А ты изменился, — чуть удивлённо заметила она.

— А ты вроде нет, — ответил я. — Эффект по-прежнему взрывной. Как поживаешь?

— Что? — она засмеялась.

— Ты смотри, не улыбайся ему, а то он это не так поймёт, а потом пойдёт удавится в туалете, — развязно и нагло произнёс Мэт, внезапно оказавшийся за спиной у этой нежной и неземной Ангелины.

— Ну, — усмехнулся я, — лучше уж самому вынести мусор, чем ждать, пока мусор вынесет тебя.

Рискованное замечание в свете ожидаемых событий, но не сдержался, съязвил. Честно говоря, у меня внутри всё вскипело, мотор взревел, будто я ввалил газу на Калякинском «Мустанге», а рука сжала стакан с минералкой.

Мне очень сильно, прямо нестерпимо захотелось грохнуть этим красивым и дорогим стаканом с надписью «Баккара» прямо по голове Мэта.

— Пойдём, Ангел, — криво усмехнулся Матвей Щеглов, глянув на меня с видом победителя. — Не будем смущать уборщика.

— Ещё поболтаем, — улыбнулась Анжела и позволила Мэту увести себя в сторону.

Она прошла мимо, и сердце снова сжалось, когда я почувствовал тонкий и сладкий аромат, последовавший за ней.

Далеко, впрочем, они не ушли.

— Ангелина! — притворно радостно воскликнула Алиса, оказавшись на пути Мэта и этой девушки, которую я явно знал, но никак не мог вспомнить не то, чтобы подробностей, но хотя бы каких-то обстоятельств нашего знакомства.

Соответствующие отделы архива Серёжи Краснова были по-прежнему закрыты от сознания Сергея Бешметова, прозванного Бешеным. Двери уже начали поддаваться под моим напором, но всё ещё держались и не пускали внутрь.