Всё в ажуре

У меня был вагон свободного времени на то, чтобы разведать и записать основные схемы действий в этом новом для меня и от того сложном вопросе. Крайтон тоже обещал всяческую информационную поддержку, но когда он там теперь вернётся?

- Ладно, глаза боятся, а руки делают. - я посмотрел на лежавшую на столе стопочку исписанных цифрами и расчётами листов и мысленно похвалил себя за предусмотрительность.

Из коридора послышалось шарканье ботинок, и в дверь аккуратно постучали.

- Входите, Олив, я вас жду. – пригласил старика.

Тот прошёл в кабинет и застыл на почтительном расстоянии, сжимая в руках пачку прошитых бумаг.

- Присаживайтесь. – предложил я.

А про себя подумал, что самого управляющего тоже в срочном порядке нужно «ставить на ноги». Обязательно пригласить к старику доктора… или знахаря, кто у них, тьфу ты, у нас тут имеется.

- Вот, господин барон, здесь всё, что касается описи имущества имения, а так же полный список по количеству домов и крестьян в ваших деревнях. Позвольте огласить?

- Давайте начнём разбираться.

По большому счёту, у меня имелся свой дубликат означенных бумаг, но мне было важно услышать, что скажет Олив. Прощупать, с кем предстоит иметь дело, понять, насколько дед на своей должности ориентируется в ситуации. Опять же за время, прошедшее с того момента, когда все эти списки и описи составлялись, могло что-то измениться."

"Так вот, старик оказался на высоте. Скажу больше, ему удалось меня изрядно удивить.

Дело в том, что я как-то себе логично предположил, что управляющий имением и управляющий делами баронства – это две разные рабочие единицы.

Оказалось, что Олив пахал у экономного барона и за себя, и за того парня.

Скрипя простуженными связками, Олив неспешно и методично перечислял основные цифры по количеству хозяйств, проживающих в них мужиков, баб и ребятишек даже не заглядывая в документы.

Забегая вперёд, добавлю, что, кроме голых чисел, старик отлично владел достоверной информацией о реальном текущем состоянии деревень и проблемах их жителей. Старосты регулярно доставляли доклады о крестьянских нуждах и бедах, впрочем, без всякой надежды на то, что это будет как-то учтено. Старого скрягу они (доклады и беды) не интересовали. Тому было важно одно: вынь, да положь назначенный побор.