Всё самое плохое о моей сестре

 — Нет никакой необходимости в том, чтобы вы оказались в таком глупом положении. Марти, ты можешь сохранить свою берлогу. Мелисса, ты не должна ни с кем делить свою комнату. Джен, у тебя может быть своя швейная комната. Забирай нашу гостиную внизу. Всем ясно, что сейчас в моем агентстве путешествий я не зарабатываю достаточно денег. И я закрою свой офис. Агентство — это сплошная неудача. Как и я.

И папа лег и повернулся лицом к стене.

Глава 5

А мы… замолчали. Мы с Мелиссой перестали пререкаться. Мама втиснулась на нижнюю кровать рядом с папой и положила голову ему на плечо:

— Ты вовсе не неудача.

Мелисса посмотрела на меня.

Мы привыкли видеть друг друга в слезах. Мы не любили, когда, хотя и в редких случаях, плакала мама, но это не было ужасно. Но чтобы заплакал папа… хуже этого ничего не могло быть.

Я потянулась к руке Мелиссы. Она вцепилась в мою руку и сильно ее сжала.

— Давай сделаем вид, что на самом деле мы не возражаем против общей комнаты? — прошептала я. — Пусть даже мы и возражаем.

— Давай, — прошептала в ответ Мелисса.

Я осмотрела мою замечательную Берлогу Марти, все мои любимые вещички. Но самым любимым был мой папа, и я просто не могла вынести, что он так расстроился.

— Эй, планы меняются, — сказала я, спускаясь по приставной лестнице на нижнюю кровать. — Ладно, мы с Мелиссой будем жить вместе.

— Да, наверное, это будет весело, — бодро сказала Мелисса. — Тогда и правда переделаем мою комнату?

— Конечно, дорогая, — сказала мама. — Ох, девочки, а вы действительно в этом уверены?

Уж конечно мы не были в этом уверены, и все это понимали, — но теперь приходилось быть верными своему слову.

— Будет здорово, — сказала я. — Хотя нужно ли оставлять все это розовое? Розовый — самый плохой цвет из всех цветов радуги.

— А мне нравится розовый. Это всю жизнь мой любимый цвет. Но, может быть, такой нежный, бледно-розовый теперь выглядит немножко младенческим. Наверное, надо сделать розовый более ярким. Как розовая губная помада.