Вся правда, вся ложь

У него в этом смысле железное правило: с соседей денег не берет, вот к нему все и тащатся — с телевизорами, стиральными машинами, с холодильниками… Говорю, у парня руки золотые.

— Одинцов знал о том, что у вас есть пистолет?

— Знал. Как-то раз по пьяни похвалился, — ответил Вася, косясь на Димку, тот едва заметно поморщился.

— И у него была возможность оружие взять?

— Ну… мне на мобильный позвонили, я на кухню пошел, не хотел, чтоб кто-то разговор слышал. Вернулся в комнату, тут Витька как раз работу закончил…

— Ясно.

— Да я бы из него душу вытряс, но не пойман, не вор, а он бы, конечно, отнекиваться начал, хотя дело даже не в этом… когда я понял, что, кроме него, взять пистолет некому, и собрался с ним потолковать, узнал, что у него жену убили… Не ко времени было такой разговор затевать, думал, позднее, но так и не собрался… гляжу на его рожу, и тоска берет.

— То есть пистолет пропал за несколько дней до убийства?

— Выходит, так.

— И вас это не насторожило?

Вася поднял брови, глядя с недоумением.

— Так это… жену его зарезали. При чем здесь пистолет?

— А сейчас почему решили об этом рассказать?

— Он бы и помалкивал, — хмыкнул Димка. — Да пушка понадобилась. Вот и пришлось объяснять, куда она делась. А я, как только это услышал, сразу же решил: тебе это следует знать.

— Молодец, — кивнула я и вновь повернулась к Васе: — Само собой, следакам вы об этом рассказывать не станете?"

"— Шутите? Конечно, нет.

— Оружие принято хранить в сейфе. А еще не худо бы иметь на него разрешение.

— Xopoш грузить! — прикрикнул Димка. — Наши дела не твоя забота. Кстати, могла бы спасибо сказать.

— Спасибо, — сказала я. — Толку-то от вашей истории, если с ней к ментам не пойдешь…

— Ну, уж извини.

— Не хочу вас огорчать, но пистолет ваш, скорее всего, засветился.

— Вот сука, — буркнул Вася. — Да я этого Гену…

— В ваших интересах, — перебила я чужое возмущение, — продолжать делать вид, что вы ни о чем не догадываетесь.

— И чего? — спросил Димка с сомнением.

— Буду думать.

— Не затягивай с умными мыслями, — съязвил Ломакин, а я вновь обратилась к Стрельникову:

— Мой вопрос может удивить, но это важно. Одинцов хорошо учился?

— Вроде хорошо. То есть хорошо, конечно. Особенно по математике.