Всерьез (ЛП)

Знаю, нам обоим понравится.

Но не сейчас.

Сейчас никаких игр.

— Лори, — глажу я его по голове, — кончай. Для меня.

Он пытается что-то сказать — ужасно мило и нечленораздельно — и опирается на локти. Вжимается лицом в мою шею и начинает двигаться. Знаю, что он и тут думает обо мне, когда так осторожно берет собственное удовольствие, раз я уже получил свое. Я обнимаю его макаронинами рук и держу крепко, как только могу. И ногами бы обнял — ему нравится — но я еще слишком хорошо оттрахан, чтобы двигаться.

Кончает внутри меня.

Кажется, несмотря на все свое недавнее безразличие и невозмутимость, он тоже понимает. Потому что практически всхлипывает. И какое-то время мы просто лежим, хватаясь друг за друга.

Когда он выходит, немного жжется. У меня там точно… тепло и мокро.

Я честно не знаю, почему дальше так делаю. Что на меня нашло. Ничего подобного не планировал, но когда мы с Лори вместе, и он весь такой — когда я за чертой — у меня появляется вот эта смелость, которой больше никогда не бывает.

После него я верю, что могу все."

"Так вот, пока он стоит на коленях между моих раскинутых ног, я переворачиваюсь на живот и встаю на четвереньки.

Ему не надо объяснять, чего мне хочется.

Господи, нам точно надо что-то придумать со светом и зеркалами. Я хочу это видеть. Хоть иногда.

Иначе не поверю, что мне не снится.

Когда он отстраняется, а я уже наполовину вырубился просто… от всех этих ощущений… он укрывает меня одеялом и осторожно целует.

— О, Тоби. Тоби.

Я широко улыбаюсь в ответ. Касаюсь его губ.

— Твое с моим здесь… смешано сейчас[14].

И после этого мы, кажется, засыпаем.

Не знаю, чего именно я ожидал на утро. Чего-то другого.