Всерьез (ЛП)

— Чего ты хочешь, Тоби?

Опасно задавать такой вопрос, когда мой ответ — всего. Но он, наверное, имеет в виду другое. Так что выбираю очевидное:

— Хочу, чтобы ты меня трахнул.

И он накрывает меня как штормовой вал, и это — охереть! — пугает, и — охереть! — полный восторг, и наконец-то — охереть! — происходит. Я лежу на спине, а он на мне — ух ты, сильный — срывает с меня одежду. Прямо натурально срывает. Сквозь колотье сердца и шум крови от нашего движения, и дыхания, и единения я-таки слышу, как что-то практически непоправимое случается с одним из швов.

Я сжимаю его плечи и смотрю в лицо — раскрасневшееся и дикое. И, вашу ж мать, чувствую что-то… не знаю… но для меня так охрененно ценно, что он, даже когда настолько распаленный, помнит о такой мелочи.

И я хватаюсь за эту мысль, как за спасательный круг, потому что… Мать моя женщина. Он будто с цепи сорвался. И я как бы прижат его телом и совершенно офигевший от такого натиска, но все равно знаю — уверен как ни в чем другом — что он никогда не причинит мне боль, хоть самую маленькую, милипизерную, абсолютно нечаянную — никакую. Да и, по правде говоря, он мне нравится, и я его хочу, слишком сильно хочу, чтобы бояться. Даже когда он у меня между ног и прижимает таким грубым и совершенно… недвусмысленным способом.

Отчего я просто с ума схожу.

Потому что это тоже из-за меня.

Я его довел до такого.

Я. Слишком худосочный, слишком странный, слишком настырный ноль без палочки. И вот это правда мое. Мое и больше ничье.

Он отбрасывает снятую футболку… куда-то, а потом его рот вроде как раскрывается над моим соском, и, о господи, жар, горячий мокрый жар.

Вот тут-то я и понимаю, насколько это не мой уровень.