Все мы грешные

А какие здесь девочки! Загорелые, длинноногие, пышногрудые, и все красавицы, как на подбор. И, главное, на любой вкус и цвет. Здесь и белозадые блондиночки, и метисочки с мулаточками, азиаточки и, конечно же, шоколадные негритяночки. Рай для любителей разнообразия!..

Она подошла к нему, когда в шезлонге под ярким солнцем он любовался великолепием океанского пейзажа. Подошла, обласкала волнующим взглядом.

Длинноногая крутобедрая метиска с пышной гривой черных волос. Красивые карие глаза, нагнетающие желание, щечки с ямочками, вздернутый носик.

Каток ощутил, как восстает его плоть.

Хорошо, если это проститутка. Хочется ему разводить всякие шуры-муры. Прямо сразу и в постель.

– Сколько? – спросил он.

Да, это шлюха. Не зная русского, она по привычке уловила суть вопроса. Показала на пальцах: сто долларов.

А ведь за такую можно отвалить и больше.

Он повез ее в свой номер в тридцатиэтажном отеле из стекла и бетона."

"На улице жара несусветная. А в его четырехкомнатном люксе свежо и прохладно.

Когда он занимается любовью, неважно с кем, с женой, любовницей, шлюхой, в доме, кроме него и женщины, быть не должно никого. Никогда Каток не изменял этому правилу. Поэтому его телохранители убрались за дверь.

А в постели метиска просто волшебница. Что вытворяет! Снова ее язычок заскользил вниз, коснулся его увядшего стебля. Но что это?

Ее острые зубы вгрызлись в его плоть.

Каток заорал благим матом и дернулся, чтобы отцепить от себя эту суку.

Он понял, в чей капкан угодил, и ему стало тошно.

С двух сторон встали два коротко стриженных крепыша в униформе носильщиков. Пистолеты с глушителями, стволы направлены на него.

А напротив, в кожаном кресле, сидит еще один. Лицо вроде бы знакомое. Так это же Клык, правая рука убиенного Хмурого! Видел его на фотографии. Ну все, господа, прощай, родина!

Каток прочел в глазах недруга свой смертный приговор.

– На кого руку поднял, падла? – Во рту у Клыка блеснула золотая фикса.

Он сидел и в невозмутимом спокойствии рассматривал перстень-печатку на пальце правой руки.

– О чем ты? – Каток пытался сохранить присутствие духа.

– Хмурого зачем убил?

– Это не я. У вас нет доказательств!

– Заткнись. Доказывают в ментовке. Ты уже труп.

– Сбросьте его в море, на корм акулам. Только станут ли они есть эту падаль?

Это сказал уже кто-то другой.

Голос шел от двери.