Все лгут

Когда позвонил гостивший у мамы Винсент и оживленно сообщил, что они испекли «малиновые пещерки», я поначалу не могла сообразить, какой на дворе день. Суд казался нереальным, словно состоялся у меня во сне, однако эсэмэски от Франца доказывали обратное.

Адвокат был доволен и писал, что все прошло по плану. Решение суда должно было быть оглашено в течение двух недель.

«Еще две недели неопределенности, как это можно пережить?» – думала я. Но время шло. Как известно, время то ползет, то скачет галопом – лишь на месте оно не стоит никогда.

* * *Двадцатого марта Самир был освобожден из-под стражи.

Суд исходил из того, что неопровержимых доказательств, что он совершил убийство Ясмин, обвинение предъявить не смогло. Главный довод – тело так и не было найдено. Между строк отчетливо читалось, что Самира сочли виновным, но, увы, осудить не могли.

И в этом они не были одиноки. Бурная реакция общественности на приговор последовала незамедлительно. В глазах людей Самир был убийцей. Газеты и интернет-издания наводнили письма возмущенных читателей.

Лично я чувствовала себя опустошенной и обескураженной.

Не знаю, чего я ожидала. Наверное, считала, что суд положит всему конец. В некотором роде так и случилось. Но настоящая неопределенность жила у меня внутри – я не могла ответить самой себе на вопрос, был Самир в самом деле виновен или нет. Он саднил в моей душе, словно камушек, попавший в туфлю, и в конце концов на месте доверия к мужу разверзлась глубокая рана.

Меня волновал вопрос, что теперь будет. Мы должны были зажить как раньше?

Разве такое вообще возможно?

* * *Самир вернулся домой в середине того же дня, когда суд огласил свой вердикт. Его привез Франц Келлер – я заметила машину из окна комнаты Винсента."

"Самир выскочил, энергично потряс руку Франца и тут же потрусил к дому. Когда Франц отъехал, он остановился и поднял ладонь на прощание. Затем повернул голову к дому и заскользил взглядом по фасаду.